Избегая проницательного взгляда Алека, снимаю туфли и иду к столику. Я радуюсь крошечной возможности нарушить строгие правила приличия Дэвида и сама отодвигаю стул. Стулья стоят друг против друга, что позволяет наслаждать прекрасным видом.
Откуда-то появляется тот же парень из персонала.
— Сэр, — терпеливо произносит он. — Что желаете, мисс?
Растерявшись, я ищу помощи у Алека.
— Всё, что захочешь. Кухня полностью оборудована.
Это проверка? Дэвид всегда заказывает за меня. Я не хочу выглядеть глупо, сделав неправильный выбор. Один взгляд на бесстрастное лицо Алек даёт мне понять, что нужно взять себя в руки и перестать волноваться.
— Умираю, как хочу гамбургер и картошку фри, — произношу я так, словно в грехе признаюсь. Не помню, когда в последний раз ела что-то настолько калорийное и полное натрия.
— Звучит отлично. Мне тоже, но с сыром «чеддер», Питер.
— Конечно. Напитки закажете?
— Если не сложно, ещё газированной воды, пожалуйста, — прошу я.
— Бутылку пива. Любого. Спасибо, Питер. — Алек кивает официанту, который тихо исчезает.
— Часто ты так выбираешься? — спрашиваю я.
— Не так часто, как хотелось бы. — Алек откидывается на стуле и вытягивает ноги под столом. Я замечаю, что он тоже без обуви, и его мышцы напрягаются, когда он вытягивает пятки. Всё его тело накачано. Наверное, много времени проводит в зале. В голове возникает образ Алека, поднимающего тяжести, на его коже блестят капельки пота, мышцы просвечивают через обтягивающую футболку… Становится жарко, но вовсе не из-за солнца.
— Информационный бизнес занимает слишком много времени, чтобы бывать в раю? — поддразниваю я немного. Хочу лучше узнать его.
Солнцезащитные очки не дают мне понять, что он на самом деле чувствует, когда отвечает.
— Бизнес занимает большую часть моего времени. И я уже не так молод, чтобы устраивать вечеринки на яхте, — медленно и криво улыбается он. — Конечно, мне особо не с кем выходить в океан, кроме бизнес-партнёров и пары друзей. Если я ей не пользуюсь, сдаю в аренду.
Я поднимаю очки на лоб в надежде, что Алек снимет собственную маску. Человек, который сводит меня с ума, на крючок не попадается, но немного ухмыляется, давая понять, что намёк понимает.
— Покажешь над чем работаешь? Мне очень хочется посмотреть.
Я сдерживаю скептический ответ.
— Может, как-нибудь. Большинство дизайнов незакончено.
Алек подвигается ближе. Достаточно близко, чтобы я могла ощутить острый запах его крема для бритья. Его близость оживляет. Голова гудит и начинает немного кружиться, но это приятное чувство.
— Пообещай мне кое-что, Каролина.
— Что? — шепчу я.
— Не бросай. Ты — художник. Я видел, на что ты способна, когда даёшь волю таланту. Жалко будет, если он останется непризнанным.
— Я вовсе не собираюсь бросать, — надменно говорю я и отстраняюсь от Алека. Моя отстранённость не удерживает его. Он просто хватается за мой стул и подвигает его вплотную к себе.
— Тебе не хватает связей? Я буду рад помочь тебе найти покупателей, поставщиков, рабочих… всё, что нужно.
Дыхание перехватывает. Даже мой муж мне такого не предлагает. Вообще-то, Дэвид запрещает уделять моде слишком много времени.
Беря инициативу в свои руки, я осторожно снимаю с Алека очки и кладу в сторону. Карие глаза безнадёжны, словно глубокий океан тьмы.
— Скажи, почему тебя это так сильно волнует?
— Не люблю смотреть, как ломают красоту.
— Это же ты сказал в день моей свадьбы, Алек, и я всё ещё здесь, абсолютно целая.
Алек молчит, но я замечаю упрёк в его чертах.
— Смотря на тебя, я вижу бесконечный поток потенциала. Ты столько можешь предложить… — Алек замолкает, и мне хочется умолять его договорить. — Впереди ещё много лет, чтобы реализовать твой потенциал.
Я не знаю, кем должна быть. Я знаю наверняка, что не из тех, кто подходит для образа миссис Морган, правительницы финансовой империи подле мужа. И я больше не уверена, что хочу стать гуру моды.
Питер разряжает напряжение, появляясь с нашими напитками.
— Есть в океане что-то освобождающее. — Я смотрю на горизонт, надеясь отвлечься от беспокойных мыслей.
— Захватывает дух, — бормочет Алек. Мне не нужно оборачиваться, чтобы знать, что Алек наблюдает за мной, не за океаном. Несмотря на запретное желание, его внимание льстит.
Когда обед подан, мы не отодвигаем стулья.
— Расскажи о себе что-нибудь, о чём никто не знает, — прошу я.
Он вскидывает тёмную бровь и отвечает, жуя бургер.
— Как насчёт того, что известно немногим? У Адрианы и Гектора Мартинеса двое детей, Валенсия и Мануэл. Они зовут меня дядей Алеком, и когда им нужна нянька, Адриана звонит мне.
— Ты любишь детей? — Я искренне удивлена.
Алек криво улыбается.
— Валенсия и Мануэл нашли путь к моему сердцу. Они честные и интересные. Такие милые детки. Уверен, Адриана тебе все уши прожужжала.
— Да, она, безусловно, сильно их любит. — Я не могу скрыть нотки зависти в голосе. — Она прекрасная мать.
