— Мальчишка один, Арким, — немедленно ответил Вулфруд. — Он у нас соглядатаем служит и еду узникам разносит, когда не занят. Он говорил, что старик лечить может — коленку расцарапанную ему вмиг починил и так по мелочи. — Смотритель помялся. — А знахарь наш, Сигмунд, сказал, что бессилен против зачарованного оружия. — Фрайя нахмурилась, но не перебивала. — Что лечить змее… хаса можно только волшбой, вот мы и подумали, а не посадить ли нам его к старику. Поможет — хорошо, а не поможет… — Вулфруд стыдливо замолчал.
— Понятно. — Кивнула Фрайя. — Никто про тварь чешуйчатую даже не вспомнит. А владелица слуги попечалится о потере вложенных в него средств, да и забудет. И претензию предъявлять не станет. Так было? — Смотритель склонил голову еще ниже. — Выпороть бы тебя, да времени жалко. Где зачарованный клинок? — вернулась Фрайя к более важному вопросу.
— Я Аркима послал его искать, но тот его не нашел. И у стражников его нет — я спрашивал. — Вулфруд снова бухнулся на колени. — Не казни госпожа, я все исправлю!! Я найду оружие и того, кто его сделал!!
— Не голоси ты так. — Поморщилась Фрайя. — Прозевал клинок, так и скажи, нечего выть попусту. И не давай невыполнимых обещаний. — Она повернулась к хасу. — Есть способ узнать, кто его сделал и выйти на нарушителя. — Ящер продолжал валяться на полу и Фрайе снова пришлось присесть. Она размотала тряпки, приложила ладони к ране и настроилась, пытаясь отследить магический отпечаток проклятия. Однако ее ждал сюрприз — никаких темных энергий от пореза не шло, наоборот, на грани сознания магичка ощутила, что некто легко и непринужденно исцелил ящера от проклятия. И воздействие это было сильным и незаметным, чего вообще-то не может быть. Как будто щелкнул пальцами мимо проходящий Бог. Странно, подумала армарка, отнимая руки и вставая с пола. Она повернулась к ожидающему ее приказов Вулфруду.
— Уберите отсюда тело одержимого и сожгите. Как можно скорее и незаметнее и чтобы остальные не знали, что он такое. Мне еще слухов и паники в городе не хватало и так все на ушах из-за хаса стоят. — Распорядилась Фрайя. Вулфруд предпочел не заметить в ее голосе нотки досады. — Дальше. Меня тут не было — я сопровождаю управителя в ее поездке. Если вы двое начнете болтать лишнее, то ваши язычки я укорочу по самую шею, ясно? — Смотритель согласно закивал. — Сейчас я поставлю тебе блок, чтобы ни один маг не смог прочитать твой разум. — Армарка подошла к нему и уместила свои пальцы на висках и лбу. — Такая процедура стоит дорого, так что считай что тебе повезло. — Она сосредоточилась, выжигая в сознании Вулфруда необходимые установки. — Снять его могу только я и никто иной. То же самое я проделаю и со стражником, когда позовешь его сюда. Теперь что касается хаса. — Она посмотрела на лежащего Когтя, который очень сильно ослаб от полученных ран и проклятий. — Пусть посидит в камере до темноты. Потом ты его выпустишь и впустишь обратно, когда вернется. До этого усиленное питание и лечение. Скажи знахарю, что если он не поставит его на ноги до вечера, то отправиться в шахты лечить тамошних узников от рудничной лихорадки. Будет ломаться — скажешь что получил послание от управителя, я сейчас подготовлю бумагу. Если и после этого не захочет выполнять свою работу, то я с ним поговорю, когда вернусь. — Фрайя сделала паузу. — Назначаю тебя моими глазами и ушами в Башне, отныне ты служишь мне. Выполняй все свои обязанности как обычно, но спрашивать кроме управителя с тебя буду еще и я. И наведите здесь порядок. — Она снова поморщилась. — Сейчас переведите хаса в другую камеру почище — я хочу поговорить с ним.
— Что если помощник Балдур захочет казни хаса? — задал вопрос Вулфруд. — И станет на ней настаивать? Ведь он же убил старика.
— Если ты не будешь болтать об этом, он и не узнает. — Жестко ответила Фрайя, — Тем более, что управитель здесь решает, не он! И ты напомни ему об этом, ишь ты, вообразил себя главным! Если же не послушается, то он — первый кандидат на встречу с Богами.
— Госпожа, я не властен над ним. — Решился высказаться Вулфруд.
— Верно. — Армарка подумала одно мгновение. — Хорошо, будет тебе бумага и для него, заверенная подписью управителя. Все важные дела должны дожидаться ее решения. А дело хаса именно таково — покушение на жизнь кыма. Так и запиши в его деле, не упоминая об этом инциденте. А сейчас проводите меня в место, где я смогу с ним поговорить.
— Каморка стражника подойдет? — спросил смотритель и Фрайя ласково взглянула на него.
— Ты обалдел? Может еще и стол для узника накроешь? Я сказала — в камеру. Чистую, опрятную и со столом и табуретами. Я знаю, здесь есть несколько общих, вот одну из них и выдели персонально для хаса. Но он должен быть заперт, таково мое желание.
— А если Балдур начнет задавать вопросы?
