— Скажешь, госпожа Вернон заплатила за комфортные условия содержания. — Фрайя передала один золотой смотрителю в вовремя подставленную им ладонь. — А также за усиленное питание и услуги знахаря. Это если местный лекаришка все-таки начнет воротить нос — монеты хорошо стимулируют работника. Вставай. — Эта фраза относилась уже к Когтю, который очнулся от сна и теперь просто валялся на полу.
Ему и тут было неплохо — бок уже не болел, да и остальные раны как-то подзатянулись и перестали беспокоить. Сейчас же пришлось подниматься и ящер какое-то время возился на полу, ворочаясь словно перевернутый на спину жук. Наконец ему удалось встать и он поплелся за магичкой куда-то дальше по коридору, еле переставляя ноги — тело словно было ватным и чужим. Если посмотреть с этой стороны, то он действительно чужак в чужом теле, так что все правильно. Вулфруд позвал Китона и тот немедленно открыл требуемую камеру, подвергнувшись зомбированию со стороны Фрайи. Это мне еще повезло, подумал Коготь, наблюдая как армарка ловко превращает человека в своего пожизненного слугу. Мне только колечко на пальчик надели, а могли бы и вот так в игрушку превратить, совершенно не спрашивая разрешения. Как тот долбанный маг в переулке. Козел драный! Ух, как я зол!! Дайте только добраться до горла любого из них, перережу с наслаждением или же перегрызу зубами! Зубки-то у меня теперь о-го-го, острее не бывает, акула отдыхает!! Фрайя мельком взглянула на ящера, который из состояния сонливости перешел в состояние боевого настроя. Конечно, сейчас он ни на кого нападать не станет — слаб еще и силенок не хватит. И он это прекрасно понимает. Но вот эти его чувства очень не понравились магичке — направлены они были на представителей ее ремесла. И успокоить его нельзя — волшба будет прекрасно заметна и для него в том числе. А брать под контроль… такое себе занятие. Похоже, именно на это ящер и злится — патрульный маг сделал все так, как того велели правила. И сопроводил подозреваемых в темницу, совершенно наплевав на их мнение. И чего тут злиться? Нет, ей хаса решительно не понять точно также как и весь их народ. Вспылить могут по любому мелкому поводу, а вот на серьезное оскорбление совершенно не обратить внимания. Точно про них говорят — дикие твари.
Другая камера была явно больше, светлее и шире. Здесь даже воздух был чище и дышалось легко. Коготь, не спрашивая разрешения Фрайи, плюхнулся на лавку и положил голову на столешницу, уставившись на нее грустными глазами. Армарка немедленно распорядилась.
— Двойную порцию тюремной баланды сюда. И закрой дверь.
Оба тут же откланялись и побежали исполнять приказания. Фрайя же села напротив ящера, заметив, что в камере стало как будто ярче. И воздух вдруг стал более влажным. Армарка сконцентрировалась, вызывая магическое зрение и с удивлением распознала на стенах начертанные древние руны заклинаний. Некоторые из них были активны и среагировали на присутствие хаса, создавая для узника необходимую окружающую среду. Фрайя обратила внимание, что ящеру стало даже как-то лучше — кожа из бледно-зеленой постепенно наливалось привычной чернотой, гребни на голове и кончике хвоста раскрылись, он даже сменил позу, сев прямо и начав копаться в тряпках, пытаясь их размотать и очистить от крови.
— Рассказывай. — Потребовала она.
— Про драку в переулке или про старика? — уточнил тот.
— Про все.
Коготь напряг память, припоминая. Разум словно отошел от влияния твари, что сидела в старике и в голове ящера прояснилось. Говорил он медленно и обстоятельно, тщательно обдумывая, что можно сказать, а что нет. Однако от Фрайи утаить ничего не получилось и та стала задавать наводящие вопросы.
— Он сам на меня кинулся. — Говорил Коготь. — Вцепился когтями в башку и начал давить. Магией или чем там не знаю, но резко вдруг хреново стало. Тут еще и рана открытая — стражники трепались о зачарованном оружии, которым меня пырнули. Бандит больно шустрый оказался — не ожидал я. А что касается старика, то мне подыхать не хотелось, вот я его и полоснул ногами. А потом добил.
— Дальше что случилось?
— Он сдох, а я спать сразу же завалился. Устал очень.
— И все? — удивилась Фрайя.
— Все. — Пожал плечами Коготь. — А чего еще рассказывать?
— Например, как ты от проклятия ножа излечился.
— Не знаю. — Он приложил ладонь к груди. — Честно. Я вырубился, а потом вы меня за плечо потрясли.
— А между этими действиями ничего подозрительного не произошло? — продолжала допытываться Фрайя.
— Ничего. — Снова пожал плечами ящер. — Сон только снился и все.
— Какой сон? Мне нужны подробности, вспоминай. — Армарка словно сделала стойку, даже придвинулась чуть ближе к ящеру. Ее лицо оказалось почти что рядом и Коготь отстранился.
