«Моя любимая Мелисса, сейчас я пишу тебе в последний раз. Я ухожу. Ухожу навсегда. Но прежде я хочу сказать тебе спасибо за все, что ты делала для меня. Спасибо, что всегда была рядом со мной, что поддерживала во мне надежду. Спасибо за то, что была самой лучшей подругой, сестрой и опорой. Сейчас наступил тот момент, когда в моей жизни погас свет, я упала в пропасть, и даже ты не сможешь меня вытащить. Его больше нет, Мелисса! Его больше нет! А это значит, что и меня тоже. Я не хочу жить в мире, где нет его. Просто не могу. В этой посылке все самые дорогие мне вещи, с которыми связаны самые теплые воспоминания. Сохрани ее вместе с памятью о нашей дружбе, самой крепкой на земле. Обещай мне, что будешь сильной, когда я уйду. Обещай, что будешь жить той жизнью, о которой всегда мечтала! Выйдешь замуж, родишь детей, найдешь хорошую работу и будешь невероятно счастливой. Я люблю тебя! Даже в аду, куда я, вероятно, попаду, я все равно буду любить тебя. Прощай, моя родная».
Закончив, я кладу письмо в коробку, запечатываю ее и спускаюсь с ней вниз. Ноги заплетаются и не держат меня. Раздается звонок, я открываю дверь и вижу молодую девушку низкого роста.
– Добрый день, мисс, я из службы доставки, – улыбается она. У нее звонкий голос, но я почти его не слышу.
– Привет! Нужно доставить коробку по этому адресу. Мелиссе Уильямс. – Девушка что-то строчит в своем блокноте. – И обязательно завтра утром! Не раньше полудня.
Я быстро расплачиваюсь и запираю дверь, не дав курьеру сказать и слова.
Я снова попадаю в лапы невыносимой боли. Сердце бешено стучит, будто хочет вырваться из груди, найти сердце моего любимого и воссоединиться с ним. Огромный комок подступает к горлу, мне трудно дышать, и я снова начинаю рыдать. Теряю счет времени и почти перестаю ориентироваться в пространстве. Я хочу снова услышать его голос, заглянуть ему в глаза, прикоснуться к губам, раствориться в нем. Я чувствую незримую нить, связывающую нас. Я пытаюсь вернуться в комнату, но силы покидают меня. Я орошаю свой путь слезами. Прямо из сердца вырывается крик отчаяния и дикой боли. Я срываю свой голос и снова падаю на лестнице, так и не добравшись до комнаты.
– Пожалуйста, пожалуйста, не надо больнее!
Я все отдам за один его взгляд! Как же больно! Я не могу, не могу! На мгновение слезы высыхают: я чувствую невероятную физическую силу, злость и ненависть. Я встаю и влетаю в свою комнату.
– Пошло все к черту!
Я начитаю крушить мебель, разбрасывать вещи, бить горшки и вазы с цветами. Разбиваю флаконы с парфюмом, опрокидываю макияжный столик… Комната заполняется болью и осколками. В конце концов, силы покидают меня, я опускаюсь на пол и снова даю волю слезам! В моей памяти всплывает встреча в «Грифоне», его теплые объятия и первый поцелуй. Его голос звучит в моей голове. Во мне не осталось ни веры, ни надежды, не осталось ничего! Только мысли – мысли о нем. Моя душа точно разрывается на миллиард кусочков. Невыносимая боль! Мне нужно к нему! Я хочу пойти за ним. Подползаю к кровати, беру пару листов и дрожащей рукой пишу записку:
«Мама, если ты это читаешь, значит, меня уже нет. Значит, я мертва, и ты сейчас позвонишь папе, скажешь, что ваша дочь ушла. Что меня больше нет! Простите меня, но я не могу больше жить. Теперь в моем сердце огромная пустота, которую ничем не заполнить. Все вокруг мне кажется таким бессмысленным! В моих легких больше нет воздуха, мне нечем дышать. Я задыхаюсь! Задыхаюсь от страха и безумной боли. Теперь, когда все кончено, я отправляюсь прямиком в ад, где я продолжу вечные муки. Прощайте…».
Я оставляю записку в гостиной на журнальном столе рядом с букетом белых роз и поднимаюсь обратно в комнату. Я последний раз ступаю по этим ступенькам, в последний раз держусь за дверную ручку, в последний раз смотрю в окно.
Мне ужасно страшно, я еще не готова уйти из этого мира. Я иду в ванную комнату. Я не могу смотреть на себя в зеркало. Мне становится противно и страшно.
– Я люблю тебя, Крис. Ты – вся моя жизнь! И большего мне не надо. – я медленно скатываюсь вниз по стене: нет больше сил держаться на ногах.
Руку парализует острая боль. Кажется, она идет прямо от сердца. Из вены бежит рубиновая кровь. Теперь я уже не чувствую боли. «Прощай, Лидия Андерсон», я закрываю глаза. Спустя несколько минут, голова начинает кружиться, и невыносимая слабость сковывает все тело. Я думаю только о нем, только о моем Крисе. С ним я была по-настоящему счастлива. С ним я жила полной жизнью, но его нет, и я больше не хочу жить. Меня клонит в сон, я в последний раз улыбаюсь, и по моей щеке пробегает слеза. Я протягиваю смерти руки и засыпаю.
Сегодня один из самых ужасных дней в моей жизни! День прощания с Лидией Андерсон. На улице дождь. Льет уже третий день, будто вместе со мной плачет небо. Господь ведь не хотел, чтобы она уходила… Может, это вовсе не дождь, а слезы ангелов?
