– Вот только ты не начинай! – обижаюсь я. – Все только и делают, что учат меня жизни. Каждый считает своим долгом покритиковать и поругать меня. А поговорить со мной, выслушать? Вы все такие правильные, такие умные и расчудесные, что аж тошно!
– Тошно тебе, значит?! А с психопатом кувыркаться не тошно? А родителей собственных грабить не тошно? Да он тобой вертит, как хочет, а ты и рада! – Не помню, чтобы она когда-нибудь так на меня кричала. В ее глазах отчаяние и страх. – Ты очень изменилась, Лидия! – Мелисса сбавляет тон и говорит тише: – Я не узнаю свою лучшую подругу… Ты изменилась. И все благодаря этому ублюдку!
– Я его так люблю, так люблю! Понимаешь?
– Прости меня, дорогая, но совершенно не понимаю! У тебя розовые очки на глазах! Это не любовь, Лидия!
– Ты говоришь как психолог, а не как моя лучшая подруга! Я думала, хоть ты поймешь меня!
Мелисса отрицательно мотает головой.
– Я хочу его увидеть! Слышишь, Мелисса? Прямо сейчас!
– Ты ненормальная! – кричит она.
– Два дня – это слишком долго. Я хочу с ним встретиться.
– Если ты и пойдешь к Джонсу, то только для того, чтобы расстаться с ним навсегда! Если ты этого не сделаешь, он будет и дальше затягивать тебя в свои сомнительные дела! И может случиться что-то непоправимое!
Мелисса подходит ко мне и садится рядом на подоконник.
– Пойми, Лидия! Я не хочу, чтобы ты совершила ошибку, о которой потом будешь жалеть!
– Если я и совершу ошибку, то буду расплачиваться за нее сама! Если я не пойду к нему, это будет моей ошибкой. Без него я не могу. Только сейчас я поняла, чего мне не хватает в жизни!
– Дай угадаю! Неужели гребаного Криса Джонса?!
– Сильных эмоций, Мелисса! Любви, в которую можно окунуться с головой, и потрясающего секса! Приключений, в конце концов!
– Ограбить собственного отца – это для тебя приключение?
– Он простит меня, я знаю! Ведь я – его единственная дочь. Да и денег у нас не убавилось…
Кажется, я сама уже не понимаю, что говорю. Сердце ноет ужасной протяжной болью, и на глаза наворачиваются слезы.
– Ты умом тронулась, что ли? Да разве ты не видишь, какой человек этот твой Крис Джонс? Он же опасен! Он чертов психопат, который любит только себя! Он использует тебя! Ты ему не нужна!
– Это ты мне не нужна! – сквозь слезы шепчу я.
Мелисса медленно встает с подоконника и отходит в сторону. Что же я натворила? Я закрываю рот руками, боясь сболтнуть еще какую-нибудь глупость.
– Может, стоило сказать об этом раньше? Тогда бы я не докучала тебе своим присутствием, – еле слышно произносит Мелисса. Из ее глаз текут слезы.
Я с ужасом смотрю на нее, пытаясь выдавить из себя хоть слово.
– Прощайте, мисс Андерсон, Мелисса вас больше не потревожит! – Она хватает свою сумочку и выбегает из комнаты, на ходу вытирая слезы.
– Стой, Мелисса! Все не так!
Она слышит меня, но даже не оборачивается.
Я потеряла самого близкого мне человека! Что же ты делаешь, Лидия? Мелисса – единственная, кто действительно за меня переживает. Я хватаюсь за голову. Что же я делаю? Теперь у меня нет ни лучшей подруги, ни любимого. Я должна вернуть их обоих! Как я могла сказать Мелиссе, что она мне не нужна? Но, с другой стороны, она тоже виновата. Не надо было оскорблять Криса, называть его психопатом и говорить, что мои чувства к нему ненастоящие. Она не имеет права судить, ведь она не знает всего: не знает, какие эмоции он дарит мне каждый день! Крис – все для меня! Любовь к нему – самое реальное, что я испытывала за всю свою жизнь!
Я должна увидеть его прямо сейчас! Прошло чуть больше суток с тех пор, как меня выпустили из полиции. Я была так зла на него! Почему он меня бросил? Как он мог со мной так поступить? Неужели, он – трус? Или ему просто плевать на меня? Ужасная боль сковала меня, но через некоторое время переросла в злобу! Сейчас все прошло: я остыла и готова переходить к решительным действиям. До смерти хочу его увидеть.
Я вытираю слезы рукавом, подхожу к своему гигантскому шкафу, открываю его, достаю первый попавшийся наряд и одеваюсь. Не хочу терять ни минуты! Хватаю черную кожаную сумку, ключи от автомобиля и выхожу из комнаты. Пока спускаюсь по лестнице, проверяю, что лежит в сумке. Там должны быть права и другие документы – так, на всякий случай. Все-таки я вышла под залог и рисковать не стоит. Мне бы не хотелось еще раз попасть в неприятности. Так, права на месте, теперь можно не переживать.
Выбежав на улицу, я сажусь в машину и трогаюсь с места. От нашего семейного особняка до центра города ехать минут пятнадцать. Я немного нервничаю: что я ему скажу? Как буду смотреть в глаза после нашей ссоры? Хотя об этом сейчас должен думать он, а не я! Ведь это он во всем виноват! Интересно, где он сейчас? Переживает ли по поводу случившегося? Может быть его совесть, наконец-то, проснулась?
