- Откуда ты знаешь, где будут снимать, - спросил ее муж Готфрид, - тоже мне - режиссер нашлась.
- Ой, вы только не ссорьтесь из-за меня, - сказала миролюбивая миссис Корнуэл.
- Вот еще, из-за тебя, - вновь фыркнула Глэдис, - мы по двести раз на дню ссоримся, это наше обычное состояние.
Тогда миссис Корнуэл стала завидовать им еще и по этому поводу. Ей-то ссориться уже давно было не с кем.
Несмотря на занятость, режиссер с мировым именем Монтгомери Холден в этот день ровно в восемь утра уже был на противоположном от гостиницы краю городка - у дверей парикмахерской. Он докурил неизвестно какую по счету сигарету и выбросил ее в мусорный ящик, который стоял рядом с крыльцом.
Монтгомери Холден поднялся по ступенькам и вошел в небольшое помещение парикмахерской. В сотый раз объясняя самому себе, почему он должен сказать ей, что он узнал ее. И чтобы она не отрицала, что это она. И что это он. И он не может без нее жить.
Запутанно, витиевато, но чертовски верно. Пусть не отрицает, что это она, потому что это она, и у него сердце едва не отказало, как только он увидел ее на той фотографии. А потом и ноги подкосились, когда он, подходя к раскрытой двери парикмахерской, услышал ее голос.
В парикмахерской Ребекки не было. Скучающая Линда вскочила со своего кресла. Несколько секунд они молчали.
- Здравствуйте, - сказала Линда.
Монтгомери Холден кивнул. Возникла неловкая пауза.
- А ее не будет, - сказала Линда, - у нее голова третий день болит. Но я тоже умею брить.
Лицо режиссера было в мелких порезах после вчерашнего бриться.
- Может, врача? - сказал он.
- Кому? - не поняла Линда.
- Тому, у кого голова болит.
- Ах, нет, само пройдет.
- Все-таки - третий день.
- Нечего, справится, - сказала Линда, - так что - насчет побриться?
- Нет, - улыбнулся Монтгомери Холден, - извините. Но я так не могу.
- Что вы не можете? - не поняла Линда.
Вроде побриться пришел.
- Менять личных парикмахеров и адвокатов, - сказал Монтгомери.
- Вы же с ней всего два дня знакомы, - сказала Линда.
Все понятно. Не бриться он сюда ходит. Тут нечто большее.
- Это дело чести, - улыбнулся Монтгомери Холден.
Еще неловко постоял, подождал, вдруг появится Ребекка. Но - нет. Никто не возник в дверном проеме, прямо из утреннего тумана и соленого воздуха.
Монтгомери Холден на прощание кивнул Линде, развернулся и вышел.
- Бог мой, какой мужчина, - сказала Линда сама себе, оседая в кресло.
Хоть бы миссис Корнуэл пожаловала, что ли. А то со скуки можно заснуть. О нет, пусть не жалует. Увидит, что Ребекка уже с утра прогуливает.
Но миссис Корнуэл все-таки пожаловала. Возникла на пороге парикмахерской прямо из утреннего тумана.
Линда даже вздрогнула. Обычно миссис Корнуэл появлялась со стороны задней двери. А тут - уже и дышит с утра пораньше так тяжело, будто на другой конец городка гоняла. Интересно, какие новости принесла на хвосте?
- Кино! - важно сказала миссис Корнуэл.
- Что - кино? - спросила Линда.
- Кино будут снимать!
- В нашем захолустье?
- У нас город - у самого Бога в ладонях расположен! - сказала миссис Корнуэл.
- Мог бы растений ваш Бог побольше посадить, - сказала Линда.
- Растения здесь - как раз по климату! - обиделась за свой родной городок миссис Корнуэл, - большие растения здесь быстро засохнут.
- Да и климат можно было помягче сделать, - подливала масло в огонь Линда, - разве может нормальный человек такую жару переносить?
- Ты ничего не понимаешь, - сказала миссис Корнуэл, - надо любить то место, в котором живешь, а вам молодым - все не так. Все миражи какие-то ищете. А красоту под боком и не замечаете.
Линда зевнула. Ей бы спать в такое время, а не лекции о нравственности слушать.
- А где же наша девочка? - поинтересовалась миссис Корнуэл.
Ну вот - наша девочка. А Линда, значит - просто манекен. Хотя именно от Линды прибыль-то вся и идет. От одной Ребекки давно бы пришлось опять закрыть вашу парикмахерскую, непочтительно подумала Линда.
- Приболела наша девочка?
- Приболела, - сказала Линда, - после обеда выйдет. Все равно нет никого.
- Думаю, раз в городе новые люди появились, значит, у нас теперь и клиентов побольше будет, - с надежной сказала миссис Корнуэл.
- Это вы о съемочной группе? - остудила ее Линда, - так у них свои стилисты должны быть.
- О, а я и не подумала, - разочарованно сказала миссис Корнуэл.
- Вот-вот.
Линда от нечего делать принялась, как обычно, медленно крутиться в своем кресле.
- А чего же он тогда опять сюда приходил, - остановила ее своим вопросом миссис Корнуэл, - раз у них свои стилисты должны быть?
- Кто приходил?
Миссис Корнуэл кивнула на входную дверь.
- Как кто, - сказала она, - режиссер ваш. Когда сюда шла - нос к носу столкнулись.
- А-а, - сказала Линда, - так ему наша девочка приглянулась.
- Ты думаешь? - раскрыла рот миссис Корнуэл.
- Уверена, - вздохнула Линда.
Видали ведь, как она его вчера изрезала, когда брила, подумала Линда про себя, а он с утра пораньше - опять тут как тут.
Миссис Корнуэл растерянно села в кресло Ребекки.
- И что делать-то будем? - спросила она у Линды.
- А что нам делать? - не поняла Линда, - это уже не наше дело.
- А чье же?
