Тем лучше. А то, правда, мне его сегодня не хочется видеть ни на обеде, ни на ужине,- Светин голосок звучал жалобно.
Ладно, как тебе хочется, так и сделаем. Только я точно
знаю, что он к тебе неравнодушен, но характер его не позволяет ему как-то по-другому поступить, сегодняшняя рыбалка - это вызов тебе: "Выбирай - или меня, или Серегу, а втроем я больше не намерен ходить".
Да, я тоже так поняла. Но повторяю, если он сам ко мне не подойдет, то я тем более. У меня, как и у него, тоже гордый характер.
Искры не посыпятся, если вместе вас соединить?
Скорей всего посыпятся, лишь бы не пожар.
Они еще некоторое время посидели, пофилософствовали и отправились в клуб санатория - покупать билеты на экскурсию. Пообедали на час раньше, чем обычно, желающих съездить на экскурсию по городу было немного. Маленький санаторный автобус их уже ждал. Сели, поехали.
Экскурсия была обзорной: здесь проходил когда-то волок, соединявший озера края с водами Финского залива, здесь во времена Северной войны стояли войска Петра I, осаждая неприступную крепость, которая все же была взята, здесь жил Владимир Ильич Ленин, готовил к выпуску первый номер газеты "Пролетарий", а здесь проходила линия наступательной операции войск Ленинградского фронта в годы Великой Отечественной войны.
Экскурсовод, он же начальник клуба, рассказывал так сухо и таким невыразительным голосом, что почти усыпил всех экскурсантов. В заключение они посетили краеведческий музей, и на этом экскурс в историю города был закончен.
Когда автобус покатил обратно, Сережа попросил остановиться возле поворота с главной улицы, недалеко от пельменной. Они вышли и уже направились в эту забегаловку, как вдруг Сережу осенила мысль:
Послушай, Свет, а давай лучше в привокзальный ресторан сходим, посмотрим, что он из себя представляет.
Туда же русских не пускают, на двери написано даже.
Сделаем вид, что мы - иностранцы, разве я не похож на какого-нибудь испанца? - Сережа напустил на себя высокомерность.
Не похож, сам знаешь - на кого похож, и говорить по- испански не умеешь, - Света засмеялась над его высоко задранным подбородком.
А ты думаешь - швейцар на всех языках может говорить?
У него интуиция богатая, он русских людей за километр
чувствует. А потом, может, там долларами надо расплачиваться,предположила Света, нарисовав в воздухе завитушку с палочками.
Ерунда, у нас здесь не Америка. Ну что, попробуем? Сумеешь пройти не останавливаясь и голову повыше задрав, когда я дверь тебе открою?
Я все сумею, если захочу,- завоображала Света.
Так захоти,- попросил Сережа.
Ладно, пошли. Только, перед тем как зайти, мне нужно, как Матвееву, три минуты, чтобы в роль войти. Дашь три минуты?
Пять даю. Хватит?
Хватит. Сам-то сумеешь в испанца перевоплотиться?
Я буду в немца перевоплощаться, все же язык когда-то учил, надо что-нибудь вспомнить.
Они повернули в обратную сторону, где главную улицу завершал и перегораживал вокзал. Вошли в вокзальное помещение, которое было совсем пусто. Дверь, ведущая в ресторан, была выкрашена в белую краску, закрыта, и на ней висели две таблички, на которых на русском и финском языках было написано: "Только для иностранцев . Света остановилась в сторонке, в нескольких шагах от ресторанной двери:
- Давай, Сережка, отсчет пошел. Вживайся в своего немца. Я тебя Петер буду звать, понял? И вообще я все беру на себя. Может, в первый раз пригодится, что когда-то на совесть немецкий учила. Я буду говорить, а ты после каждой моей фразы будешь произносить: ja, ja. Ну-ка, скажи!
-Ja, ja, (jа - да) ,- произнес Сережа высокомерно.
Нет, нет. Выражение лица - помягче, произношение - пожестче. Давай еще раз!
Jа, jа,- опять повторил Сережа, несколько изменив интонацию.
Молодец! Все, вперед! - решительно сказала Света, направляясь к ресторанной двери.
-Не забудь голову повыше держать и не останавливайся,-напутствовал Сережа.
- Да все, как раз, наоборот! Открывай мне дверь, чего ты медлишь?
Сережа открыл дверь, пропуская Свету вперед. У дверей стоял пожилой швейцар, весь в позолоте. Света мило ему улыбнулась:
-Guten Abend! (Добрый вечер!)
Швейцар поклонился. Света театрально остановилась и проговорила, обращаясь к Сереже:
-Wie schon! (Как красиво!)
Ja, jа,- откликнулся Сережа, касаясь Светиного локотка, и уверенно повел ее в самый дальний угол.
-Nein, nein,- сказала Света,- nehmen wir hie Platz! (Нет, нет, мы сядем здесь.)
Света стала усаживаться за столик, стоящий почти посредине зала. Сережа не стал возражать, так как не знал, как объяснить ей по-немецки, что в дальнем углу им было бы удобнее общаться на русском языке, никто бы и не обратил внимания. Поэтому он смиренно сел напротив, шепнув ей на ухо:
Ты что, все время на немецком со мной разговаривать будешь? Я же ни черта не понимаю.
Нет уж, назвался груздем - полезай в кузов,- тихо сказала Света, раскрывая папку с меню, лежавшую на столике.
Официант подошел тут же, как из-под земли вырос.
- EinMoment,- сказала Света: - Das, das und das (Это, это и это), показала она пальчиком: меню было написано на финском и русском языках, и она сразу сориентировалась.