– Конечно. – Он помолчал. – Всегда.
Она протянула ему одну из бутылок. На ней уже выступил конденсат, когда она стукнула по ней своей и села рядом.
– С Рождеством, видимо.
– Ну да. Тебя тоже.
Ильза откинулась на столб веранды и, повернув голову, внимательно смотрела на Нэйтана. Она приняла душ и сменила черное платье на футболку и шорты. Волосы были влажные, гладко блестели и в свете фонаря казались черными. Нэйтан еще раньше влез в свои джинсы, но сейчас мгновенно почувствовал на себе пыль и песок.
– Я не хотела тебя прерывать, – она кивнула на гитару, – продолжай.
Он судорожно припоминал что-нибудь подходящее, но память внезапно опустела. В конце концов он заиграл старую песню из местного фольклора, которую мама пела им с Кэмероном в детстве. Перед глазами всплывали картины юности. Они с братом играют в крикет под нещадным полуденным солнцем, пока Лиз криками не загоняет их в тень. Он вспоминал Кэмерона, которого знал когда-то давно, много-много лет назад.
Ильза вытянула ноги на ступеньках, ее обнаженная кожа касалась дерева. Отпила из бутылки.
– Как ты? – спросил он.
– Это был отвратительный день. Но теперь, когда он позади, я чувствую… – она подумала. – Я, кажется, чувствую себя немного лучше. Ты?
– Угу, – сказал ответил Нэйтан, осознавая, что это правда. – Я тоже. Девочки спят?
– В комнате твоей мамы. Все сегодня легли рано.
– Да. Неудивительно.
Он продолжал тихо наигрывать. Она и правда выглядела лучше, подумал Нэйтан, но он никак не мог уловить, что изменилось. Появилась какая-то легкость в выражении лица, которой не было раньше.
Ильза смотрела на наливающийся вокруг его глаза фингал.
– Ты, я смотрю, все же поговорил с Бабом?
– А, – он потрогал глаз. – Ну, скорее, это он поговорил со мной.
– Вы все выяснили?
– Да не особо. Попробую еще раз завтра.
– Завтра Рождество. Может, он будет больше расположен попросить прощения.
– Может. Так или иначе моя собака мертва.
– Я знаю, – она слегка шевельнула ногой и дотронулась до его ботинка кончиками пальцев. – Но ведь это не изменится, простишь ты брата или нет.
– Да, наверно ты права.
– Я права, Нэйтан. К сожалению, – добавила она, и Нэйтан почувствовал, что улыбается.
Ильза слегка поменяла положение, и ступенька скрипнула.
– Насколько останешься?
– До послезавтра. У Ксандера самолет двадцать седьмого.
– Пока не уехал, надо будет обсудить, что теперь делаем с фермой. Вместе с Бабом, конечно.
– Конечно.
Она отклонилась назад, прикрыв глаза.
– Но не сейчас.
– Нет, – повторил он. – Не сейчас.
– Сейчас я буду сидеть здесь, пить пиво и слушать музыку.
– Звучит неплохо.
Окна трейлера моргнули черным, и они оба посмотрели туда. Сейчас вокруг было непроницаемо темно. А наверху, над ними, Нэйтан видел звезды.
– Так они собираются уехать? – спросила Ильза.
– Угу. Ну, Кэйти по крайней мере. Но, слушай… – он сомневался. Он совершенно не хотел заводить этот разговор. Только не сейчас. – Я с ней разговаривал…
– Думаю, она беременна, – внезапно перебила его Ильза. – Судя по признакам.
Нэйтан изумленно на нее смотрел, потом кивнул.
Они сидели в бесконечном молчании, пока Ильза всматривалась в ночь.
– Он не от Саймона?
– Похоже, нет.
– А, – произнесла она, будто выдохнув, и ее лицо исказилось.
– Она не собирается его оставлять, – сказал он. – Если это что-то меняет. Но Кэм звонил в Сент-Хеленс насчет нее.
– Об этом шла речь?
– Очевидно.
Ильза очень долго смотрела в ту сторону, где в черноте должен быть трейлер.
– Я уверена, что она даже не первая, – произнесла она наконец.
– Что?
– Ну я не имею в виду беременность, хотя… – Она покачала головой. – Откуда мне знать? Но ты помнишь Магду?
Нэйтан отлично помнил. Изящная польская девушка с мягким акцентом, которая была здесь на Рождество несколько лет назад. Вскоре он узнал, что она уехала, за два месяца до окончания контракта.
– И еще была местная из Перта. Думаю, она тоже. Какое-то время. Может, кто-то еще.
– Кэм был, – Нэйтану было сложно подобрать слова, – недостаточно хорошим. Очень во многом.
На лице Ильзы появилось непонятное ему выражение, она сжала руку на бутылке, и на конденсате остались отпечатки пальцев.
– Он это имел в виду в той открытке к подарку? Кэйти? – спросил Нэйтан.
– Честно говоря, не знаю. Может, да, – она смотрела на свои руки. – А может, нет. С Кэмероном было из чего выбирать.
– Да. Теперь я начал осознавать, – чернота вокруг будто уплотнилась и начала давить. – Я разговаривал сегодня со Стивом. О Джине.
– Правда? – Ильза резко повернулась к нему.
– Он говорит, что рассказал тебе то же, что и мне.
Она откинулась назад с разочарованным видом.
– То есть ничего конкретного. Никаких физических признаков, он мне сказал.
– Не знаю. Для меня звучало вполне определенно.
– Вот как?
– Да, думаю, да. Особенно сейчас, в ретроспективе, когда уже слишком поздно. Нужно было, я не знаю, тогда… – Нэйтан замолчал. – Но Кэм – мой брат. Я ему верил.
– Я знаю, – она внимательно на него смотрела. – Но что ты думаешь сейчас?
