- Надо же, а мне казалось, что вы сами хотели привнести в скучную жизнь Кэссиди хоть немного романтики, - усмехнулся Тьернан. - Разве не этим вы оправдывали свое желание вызвать её сюда? Вот я и обеспечу ей эту романтику. - И он замолчал в ожидании реакции Шона.
Однако кратковременный приступ отцовской любви и заботы у того уже прошел.
- Если и после этого не скажут, что мне удался лучший роман века... угрожающе прорычал тот.
Но Тьернан только усмехнулся в ответ.
* * *
Ну что ж, решение она приняла окончательное и бесповоротное. Со смешанным чувством облегчения и сожаления Кэссиди выволокла из стенного шкафа свой чемодан и принялась запихивать в него вещи. Не пройдет и часа, как она покинет отцовские апартаменты на Парк-авеню. Мабри дома не было что ж, придется оставить ей записку. Коль скоро Кэссиди приняла решение уехать, её ничто уже не остановит.
- Сбегаете? - послышался язвительный негромкий голос из дверного проема.
Кэссиди резко развернулась и встретилась с насмешливым взглядом Тьернана. Стойко выдержав его, она ответила:
- Я бы так не сказала. Просто у меня есть более важные дела, чем плясать тут под отцовскую дудку. Ему нужна девушка-нянька, а я уже выросла из этой роли.
- Ему прежде всего нужна дочь. Или эту роль вы тоже переросли?
- Я у него была всегда, - ответила Кэссиди. - Пусть он этого и не понимал. Однако теперь я хочу вести игру по своим правилам. Он же меняет их, как ему вздумается, а уже слишком стара, чтобы снова попадать в ту же ловушку.
- Да, возраст у вас замечательный, - промолвил Тьернан, наклонив голову и разглядывая Кэссиди. - Кстати, сколько вам лет?
- Двадцать семь.
- Когда-то и мне было столько, - вздохнул он.
- Сомневаюсь.
Тьернан улыбнулся так, что Кэссиди стало не по себе. Она невольно поежилась.
- Ему нужна ваша помощь. Кэссиди, - произнес он. - Просто Шон не такой человек, который легко в этом признается. Он слишком горд.
- Зато вы, по-моему, чрезмерно заботливы, - не удержалась Кэссиди.
- Неужели?
- Вы пользуетесь моей слабостью, - вздохнула Кэссиди. - Хотя я твердо знаю: даже стой я на голове, мне бы и тогда не снискать отцовской любви и расположения.
- Вы уже давно её снискали.
- Чушь собачья! Мой отец любит только себя самого. Зато горячо, нежно и преданно.
- Вы путаете любовь с проявлениями внимания. Да, ваш отец - полный эгоцентрист, и ничто на свете это не изменит. Но вы ему очень нужны. Неужто в трудную минуту вы отвернетесь от него и не протянете руку помощи?
Последний вопрос он задал небрежным тоном, как бы невзначай.
- А вам-то что до этого?
- Судьба его книги мне небезразлична, - ответил Тьернан.
Да, это верно. Должно быть, Тьернан уповал на книгу Шона как на последнюю соломинку. В ней заключалась его единственная надежда избежать кошмарной казни. Книга Шона должна была либо изобличить оправдать его, либо, в худшем случае, объяснить его поступок таким образом, чтобы Тьернан все-таки не стал первым человеком, казненным в штате Нью-Йорк за черт знает сколько времени. Да, до назначенной даты осталось уже рукой подать, и, конечно же, терять время Тьернану было никак нельзя.
- А не поздновато ли пытаться себя выгородить? - спросила Кэссиди нарочито резко, чтобы не выдавать охватившего её сочувствия.
- Я вовсе не намерен себя выгораживать.
- Да, судя по стенограммам, это так, - кивнула Кэссиди. - Но почему тогда вы сразу не сказали им правды и не покончили со всей этой тягомотиной?
Воцарилось долгое и ледяное молчание.
- Правды? - переспросил наконец Тьернан. - Какой правды?
Кэссиди замялась.
- Ну... - сбивчиво начала она. - Вы все-таки убили жену и детей?
Она просто сгорала от желания услышать ответ. Пусть даже он оказался бы не тем, который ей хотелось услышать.
Однако Тьернан лишь улыбнулся. Улыбка вышла вымученной и печальной.
- Не уезжайте, Кэссиди. Не покидайте своего отца!
- Но я не могу...
- Не покидайте меня!
Шаги Ричарда Тьернана уже стихли в коридоре, а слова эти, негромкие и пронзительные, ещё долго продолжали висеть в воздухе.
Глава 6
Кэссиди знала все душещипательные слова. Кому как ни ей, профессиональному редактору, было их знать. Она прочитала и отредактировала достаточное количество книг по психологии, а также брошюрок из серии "Помоги себе сам", чтобы знать, какие подводные мины таятся в глаголах "покидать", "бросать", "оставлять" и им подобных. Особую опасность такие словечки таят для людей, семейная жизнь у которых сложилась не гладко, как у нее. А ведь любые люди, даже выросшие в благополучных семьях, в глубине души страшатся остаться в одиночестве; боятся остаться без родителей, без детей или без возлюбленных. В течение уже ряда лет Кэссиди с маниакальным упорством отучала себя от этих страхов, и вот теперь все сложилось с точностью до наоборот. От неё сейчас зависело, останутся ли одни люди, которым она так нужна. Причем люди ей отнюдь не безразличные.
Нет, бросить их в трудную минуту Кэссиди не могла, и Ричард
Тьернан прекрасно это знал. Черт побери, да ведь он на поверку оказался даже более тонким и изощренным манипулятором, чем Шон! А она дуреха - попалась в расставленные сети.
