Зашипев, я отскочила назад и уставилась на огромного черного самца, стоявшего передо мной. Он с любопытством глянул на меня, затем зевнул широко раскрыв пасть с изогнутыми острыми клыками. Подойдя ближе, он лизнул меня в нос, затем повернулся и коротко мяукнув позвал за собой. Сейчас мы бежали по лесу уже вдвоем. Прыгая через поваленные стволы деревьев и заросли малины. Путь привел нас снова на речку. Черный кот с разбегу влетел в воду, оставив за собой кучу брызг, я прыгнула за ним без тени сомнения и увидела стоящего по пояс в воде высокого смеющегося парня. Пеекинувшись я встала перед ним, вода слегка не доходила мне до груди, но мне почему-то были ни капельки не стыдно. Мы брызгались друг на друга водой, плавали, не обращая внимания на окружающее. Затем сон стал распадаться исчезать и я услышала как мама зовет меня на завтрак.
—
— Ты чего тут глаза в потолок завела, да еще и порозовела? — оборвала мама мои воспоминания, — небось забыла что-нибудь сделать?
— Нет, мамочка, обдумываю, с чего сегодня новую жизнь начать, со школы или с больницы. — соврала я.
— Опять ты за свое, — устало сказала мама, — ладно, я с работы позвоню тете Вере, в больнице ее разыщешь, она тебя пристроит куда-нибудь, чтобы в смены не ставили, а то в школу не сможешь ходить.
Тут она нахмурилась.
— Скажи, я что-то не очень хорошо вчерашний вечер помню. Чем мы занимались с тобой?
— Да, ничем, — я хладнокровно пожала плечами, — посмотрели телевизор, потом ты спать легла, ну а я вслед за тобой.
— М-да, наверно, перенервничала с похоронами, — задумчиво сказала мама, — память совсем никудышная становится.
Вскоре она собралась и ушла на работу. Я тоже не задержалась и отправилась в школу, но уже без портфеля.
Несмотря на всю решительность, по спине пробежал холодок, когда я постучала в дверь с надписью «директор школы».
— Можно зайти? — робко спросила я, входя в кабинет.
Директор сидел за столом, что-то разглядывая через свои окуляры. Услышав мой голос, он поднял голову, снял очки, сощурившись, внимательно посмотрел на меня и, не узнав, спросил:
— Ты чего хотела девочка?
— Здравствуйте Илья Григорьевич, — пришлось начать мне разговор, — я Лена Гайзер, ученица 9 в класса. Вы меня не узнали?
— Не узнал, — улыбнувшись, признался директор, — все ученики за лето очень изменились, подросли, вот сейчас заговорила, и сразу вспомнил. Ну, рассказывай, какие проблемы привели ко мне.
Он выжидательно посмотрел на меня и я, собравшись с духом, выдала:
— Илья Григорьевич, мне необходимо продолжить учебу в вечерней школе, по семейным обстоятельствам больше не могу учиться днем, надо идти работать, — доложила я.
Илья Григорьевич наморщил лоб.
— Так-так, понятно, Гайзер, Гайзер? Ага, все теперь уже все вспомнил, — лицо его стало хмуриться.
— Ну, что же, — сказал он, — я в курсе вашего несчастья, от души сочувствую. Лазарь Моисеевич был настоящим человеком, жаль, очень жаль, что так получилось.
Леночка, просьбу твою я выполню, — продолжил он говорить, — нет никаких проблем, сейчас черкану записку, зайди к секретарю, она тебе все оформит. Вечерники у нас начинают учиться с первого октября, так, что ждем тебя в девятый класс в октябре. Кстати, а где ты планируешь работать?
— В горбольнице, санитаркой, — ответила я.
— Ну, что же, — побарабанив пальцами по столу, сказал Илья Григорьевич, — у нас каждый труд почетен, но я бы советовал надолго на этой должности не задерживаться, мне кажется, ты сможешь принести большую пользу нашей стране, получив высшее образование.
Я улыбнулась.
— Но пока его у меня нет, буду работать санитаркой.
Вышла я из кабинета, и сразу столкнулась со Славкой Свистуновым. Увидев меня, он на мгновение сник и начал стрелять по сторонам глазами, нет ли свидетелей нашей встречи. Потом, приняв свой обычный высокомерный вид, продефилировал мимо, даже не поздоровавшись.
— Ишь ты! — пронеслось у меня в голове, — морду еще отворачивает! Как последний трус сбежал, а теперь делает вид, что меня знать не знает.
Я тоже гордо отвернулась и направилась сторону выхода.
Времени пока хватало, и не нужно было особо торопиться, тем более, что до больницы оставалось идти совсем недалеко. У меня же все еще не выходил из головы утренний сон.
— Интересно, а этот оборотень действительно живет в Заповедье, или это, на самом деле, только приснилось и больше ничего, — думала я.
Эта мысль больше всего меня занимала. Перед глазами вновь и вновь возникала фигура высокого атлета с гладкой белой кожей и черными волосами с косой челкой над густыми бровями. Когда же вспомнила свое странное желание дотронуться до его гениталий, меня вновь бросило в краску. Пришлось даже остановиться, чтобы немного придти в себя.
