Но я сейчас была уже не та девочка, что он летом водил в кино. Легко высвободившись из его объятий, я пошла к столику, не оглядываясь. Саша последовал за мной.
Я села рядом с Валей и храбро схватив бутылку, налила себе полный фужер шампанского. Саше, собиравшемуся тоже усесться за стол, заявила:
— А тебя мы не приглашали, пойди, проветрись, может, у меня злость пройдет, тогда приходи.
Потоптавшись тот, сказал, что ему действительно нужно проветриться, и ушел.
Валька сразу начала на меня наезжать:
— Ленка, ты что, с ума сошла, разве так можно с парнями разговаривать. Ты видала, какой он красавец, только моргнет, тут любая с ним пойдет.
— И ты? — спросила я подружку.
— И я, — призналась та, глядя мне в глаза, — у меня таких парней в жизни не было, рядом с ним им делать нечего.
— Да ну их всех, — сказала она немного погодя. Мы посмеялись и допив шампанское отправились в зал к елке, где, уже поддатый, дедушка Мороз со своей Снегурочкой вел представление.
Мое инкогнито продержалось недолго. Вскоре Генка Ветров ткну в меня пальцем, и заявил:
— Мужики, а ведь это Ленка Гайзер кошкой прикинулась!
Нас тут же окружила толпа моих одноклассников. Я познакомила их с Валей, и вскоре мы веселой толпой плясали вокруг елки. Парни периодически отлучались, чтобы выпить припасенного портвейна. А мы с девчонками продолжали болтать и веселиться. Несколько раз я ловила на себя Сашины взгляды, он стоял у колонны, скрестив руки на груди, и строил из себя лорда Байрона, — бледного и с горящим взором. Но надо сказать, что девки, на него западали со страшной силой.
Ближе к двенадцати часам мы все собрались за столиками и начали откупоривать шампанское. Когда прозвучали куранты, все вскочили, начали чокаться бокалами. В этот момент мне казалось, что впереди у меня будет только хорошее.
Когда куранты отзвучали, ко мне подошла Валя и как всегда сообщила:
— Лена, ты извини, но я тут с одним мальчиком познакомилась. Сейчас мы с ним идем кататься с горки. Если хочешь, можешь пойти с нами.
Мне было понятно, что приглашала она формально, надеясь на отказ, и я не подвела, сказала, что с горок кататься не хочу.
Сама же хихикнула про себя:
— Валька, Валька, тебя не переделаешь.
Мы договорились с ней о встрече, через пару дней и она побежала переодеваться. Симпатичный светловолосый парень уже нетерпеливо маячил в дверях с ее верхней одеждой.
Неожиданно, я очутилась в одиночестве, все уже разобрались на компании, а мне в них места не нашлось.
Тут ко мне подошел Саша. Он, похоже, был немного пьян, потому, что глаза его необычно блестели, и говорил он возбужденно.
— Леночка, послушай, — обратился он ко мне, — давай пойдем в другое место, поверь, там будет очень здорово.
— А будь, что будет, — подумала я и согласилась.
В гардеробе Саше выдали на руки странную куртку из блестящей непонятной материи с молнией, а на голову черное кепи с наушниками. Все, кто был рядом, изумленно смотрели на него, как на иностранца.
Когда мы вышли из дверей Дома культуры, Саша взял меня под руку и увлек в сторону, туда, где был узкий тупик между домами. Я не успела удивиться, как почувствовала, как под заклинанием разрывается грань миров. И мы шагнули в такую же ночь, но совсем в другом месте. Прозвучавшее заклинание, намертво отпечаталось в моей памяти. Оно немного отличалось от того, каким пользовалась я.
Мы вышли из узкого простенка между зданиями, и я замерла в удивлении. Перед нами стояли сотни легковых машин, освещаемые необычными яркими желтыми фонарями. Саша почти силком тащил меня вперед, а я все озиралась по сторонам, пытаясь понять, куда мы попали.
Он остановился перед огромной черной машиной, на которой хромированными латинскими буквами было написано «Гелендваген»
Саша вынул из кармана какую-то штучку и нажал. Машина пискнула и моргнула фарами.
— Садись, — предложил он, открыв передо мной дверь.
Я храбро села в огромное кресло и замерла в удивлении, передо мной приборная панель переливалась разноцветными огоньками. Саша уселся рядом и завел двигатель. Я же сидела в шоке, голова шла кругом от увиденного, нос не мог разобраться в тысячах новых запахов и ароматов.
Неожиданно по ушам ударила громкая музыка, и огоньки на панели начали подмаргивать ей в такт.
— Саша, куда ты меня везешь_ — спросила я, когда машина, тихо мурлыча двигателем, выкатилась на залитый светом широкий проспект, полный несущихся автомобилей.
В машине пахло кожей, табаком и одеколоном. Было удивительно тепло и комфортно.
На мой вопрос Саша только коротко сказал:
— Сейчас увидишь.
Мы проехали совсем немного и остановились около здания, напоминающего высокую стеклянную коробку. Вокруг него почти не было свободного места, все занимали машины. Между ними ходило множество молодежи. Они поджигали фейерверки, которые расцветали в небе разноцветными узорами. Около нашей машины прошла плачущая девушка, одетая в парчовое платьице. Оно было ей чуть выше середины бедра и оставляло открытыми ноги с розовыми резинками, держащими черные чулки, спина у платья была полностью открытая.
