Под покровом тайны полностью

Кинув на пол старую медвежью шкуру, улеглась на нее и дала волю слезам.

Было обидно до ужаса.

Оказывается, этому мальчишке было наплевать на мои чувства, его беспокоило только одно, что я не девственница. А сам то он кто? Уж очень ловко пристроился ко мне, после того, как посадил на стол.

— Наверняка, переспал с половиной девок в деревне, — окончательно пришла я к окончательному выводу. — А передо мной строит из себя не знаю кого.

Потихоньку мои рыдания утихли. Я встала с пола и начала размышлять, что делать дальше. Только сейчас заметила, как неуютно и темно стало в моем жилище. Видимо, короткий зимний день подошел к концу, пока мы тут развлекались. Делать ничего не хотелось. Особенно топить плиту.

Однако вскоре в животе подозрительно забурчало.

— Сходить что ли к родным, а заодно и поужинать, — подумала я. Взяла, лежащего около двери зайца, и открыла портал домой.

Первой меня увидела бабушка, улыбнувшись, она сказала:

— Что уже соскучилась, решила нас навестить? Смотри, еще и зайца по дороге словила! Варька! — обратилась она к маме. — Глянь, Ленка дичь принесла!

Мама, в это время сидела в кресле около гудевшей печи и что-то читала.

Она внимательно посмотрела на меня и тревожно спросила:

— Лена, у тебя что-то случилось?

Честно, мне совсем не хотелось делиться своими переживаниями. Но тут в домашней спокойной обстановке слезы снова сами потекли из глаз.

— Чего ревешь белугой? — запричитала бабуля, — злишься, что я тебя на выселки отправила? Так ведь то для твоей же пользы.

— Не… бабуля, не из-за этого, — всхлипывая, ответила я. — Мы с Тимом поссорились.

Мама с бабушкой переглянулись, и на их лицах явственно нарисовалось облегчение.

— Ну, как поссорились, так и помиритесь, — успокаивающе сообщила бабуля. — А не помиритесь и ладно, у тебя таких Тимов, может, еще сто штук будет. Вон ты у нас какая краса-девица выросла. Скоро парней у дома штабелями складывать будем.

Но тут она неожиданно встревожилась.

— Может, он тебя обидел чем? Говори! Я с ним быстро разберусь, охальником эдаким.

— Нее, не обидел, — проблеяла я. — Мы просто поругались и все.

— Поругались, говоришь? — подозрительно спросила бабушка, — а ну, подойди ко мне правнучка.

В животе похолодело от страха. Я прекрасно знала, что стоит бабушке взять меня за руку, она сразу поймет, чем мы занимались.

— Не, бабушка, не сейчас. — торопливо затараторила я, — мне просто надо было зайти по-быстрому, кое что из одежды забрать, в избушке тоже плита топится. Давай, завтра поговорим.

Я ринулась к своей кровати, схватила висевшую на спинке одежду. Потом сняла с вешалки пальто и, сунув подмышку ботики, нырнула в открывшийся портал.

После комнаты, освещенной керосиновой лампой, темнота в избушке показалась непроницаемой. Однако через пару секунд я четко увидела все окружающее в черно серебристых тонах.

Положив утащенную одежду на стол, уселась на скамью и задумалась. Сна не было ни в одном глазу. После сегодняшних событий хотелось просто погулять, подумать о случившемся сегодня. Никогда бы не подумала, что такое событие произойдет так буднично и закончится ссорой. Но куда пойдешь гулять по занесенному снегом лесу?

— А не отправиться ли в Москву 2015 года? — пришла неожиданное решение. Откинув в стороны мысли о том, что одета не так, как принято и что в кармане нет ни копейки, начала лихорадочно одеваться.

Легко припомнив заклятие, открыла портал в узкий простенок перед автомобильной стоянкой, где всего лишь неделю назад первый раз появилась с Сашей в этом мире.

Назвав в мыслях столетнего оборотня, Сашей, посмеялась над своей наивностью и решительно шагнула вперед.

Висевшие неподалеку часы показывали половину девятого вечера, когда я неспешно пошла по ярко освещенной улице. В окнах роскошных магазинов светились разноцветные гирлянды. По проезжей части неслись тысячи автомобилей. Периодически они сигналили, от чего я вздрагивала. Навстречу шло множество людей, не обращавших на старомодно одетую девчонку никакого внимания.

На какое-то время стало грустно и тоскливо. Решение спрятаться в Заповедье от своих проблем показалось глупым и смешным. Сидеть в глухой деревушке, отрезанной от мира, когда можно было бы жить и радоваться жизни среди людей, общаться, учиться. — Нужно было перебраться вместе с мамой и бабушкой сюда, — подумала с раскаянием. — Я бы смогла найти деньги, мы сняли квартиру и жили спокойно. Саша же сказал, что здесь теперь капитализм, а при нем за деньги можно сделать все, что хочешь, так ведь говорили нам учителя.

Но затем перед глазами снова появилась картина расстрела оборотней в новогоднюю ночь, и очарование вечерней Москвы сразу померкло.