– Теперь, я совладелица кафе «Стойла Пегаса»! Вот, заверенная доверенность на долевое участие на имя моей мамы, а вот…
Рассматривая по своей сути акции этого предприятия общепита, я не перестаю восхищаться:
– Ты бы знала, какая ты молодец, моя девочка!
Та, обнимает меня сзади за плечи и, почти облизывая моё ухо, горячо шепчет в него:
– А конфетка где? «Конфетка» маленькой девочке, за то – что она «молодец»…
Делаю морду дубовым топорищем:
– Как, «где»? На кухне и чай там ещё не остыл.
Однако, так просто от неё не отделаешься:
– Серафим! Лиля Брик – далеко уже не девственница и, тем не менее – вертит «султанами» как хочет…
Пришлось отложить бумаги в сторону и повернуться к ней лицом – для «серьёзного» разговора:
– Елизавета! Как она ими «вертит» – я тебе уже…
Однако, она не дала мне договорить – впившись в мои уста своими. Не… Серьёзного разговора у нас сегодня не получится.
– Я, хочу как «тот раз», Серафим! – умоляюще смотрит в глаза, – ну пожалуйста…
Непроизвольно начинаю не спеша раздевать её, чувствуя что начинаю терять контроль и, тем не менее:
– Я по-моему, уже рассказывал для чего девушкам – иногда бывают «полезны» их собственные нежные пальчики… Ты пробовала, ослушница?
«Ох и, заварили мы с ней кашу – как интересно, расхлёбывать будем?».
Стонет в начинающейся сладкой истоме:
– Это, совсем не «то», Серафим…
Медленно раздев её, сняв последовательно верхнее платье и бельё, хочу поцеловать упруго торчащие в разные стороны груди, но принюхиваясь – брезгливо отвращаюсь: не столько возбуждающе пахло её потом – как смердело табащищем, винищем и чужим «мужским духом». Это меня несколько отрезвило, иначе…
Отстранившись, говорю:
– Лиза… В ванной вроде есть вода – правда, чуть-чуть тёплая.
Та, аж упорхнула как мотылёк:
– Ага, поняла, сейчас!
Пока она плескалась, проверил спит ли Мишка и на всякий случай подпёр дверь спальни пошарпанным венским стулом. Когда Лиза вышла из ванны, я уже несколько успокоившись, сидел «в готовности» на турецкой софе, укутавшись в простыню:
– Садись мне на колени, девочка… Вот так… Хорошо… Очень хорошо…
Очень удобно – её груди находятся как раз на уровне моего лица и очень удобно по очереди смаковать их. Она, прикрыв глаза и дугой изогнувшись назад – протяжно стонет… Иногда склоняется ко мне и взяв ладошками голову – целует в губы, аж перехватывает дыхание.
Тащит с меня простыню:
– Серафим… Я хочу… Я хочу «этого» по-настоящему…
«А что ты ещё можешь в таком состоянии «хотеть»?!».
Ложу её на свои колени поперёк на спину и, лёгкими еле-еле осязаемыми касаниями провожу ладонью сперва по животу, потом по бёдрам и, наконец по пушистому «холмику»…
Медленно, очень медленно…
Вот добираюсь до переувлажнённой нежной «щелки» – казалось, самой раскрывшейся подобно створкам раковины моллюска из тёплой тропической лагуны. Лиза, аж «вибрирует» в моих руках и всем телом, тазом, неистово подаётся навстречу моим движения. Обвивает меня за шею, склоняет голову к своей и, перед тем как приникнуть устами к устам:
– Возьми меня, Серафимушка… Прямо сейчас… Возьми…
Наверное, так бы и произошло в других условиях!
Но, девушка должно быть, была сильно чисто психически перевозбуждена сегодняшними событиями, возбуждена сексуально ещё до меня Есениным, потом перевозбуждена ещё и мной… Наконец, она устала чисто физически и морально и, стоило лишь слегка коснувшись приласкать её нежный «бутончик», как она после весьма бурного оргазма (при котором мне пришлось закрыть ей рот – чтоб не разбудила Мишку и заодно не переполошила весь дом), Лиза обмякла тряпичной куклой в моих руках и…
Просто уснула.
Одев её, положил на софу и накрыл простынёй. Сам оделся и, проверив на всякий случай спит ли Мишка, вышел на почти уже ночную московскую улицу. Поймал извозчика:
– К проституткам.
Тот, ко мне приглядываясь:
– Вам к тем – что подороже или подешевле, ба…? Гражданин?
– К тем, что «побыстрей»… Постоишь, подождёшь, потом отвезёшь – где взял.
– Куда?
– Сюда! Ты долго ещё мне мозги полоскать будешь?
– Понял, это мы счас. Но, ленивая!
После удара кнутом, «ленивая» перешла на галоп и, к профессиональным «труженицам разврата и порока» мы доскакали практически в момент…
На следующий день, мы все трое выспавшиеся и довольные проведённым временем, выехали из Москвы обратно на свою малую Родину.
Из остальных событий августа 1923 года, стоит отметить преобразование Реввоенсовета РСФСР в «Революционный совет СССР» и захват Италией острова Корфу…
В первых числах сентября возвратились из Москвы в губернию.
Михаил и Елизавета, сразу же по прибытию в Нижний Новгород пересели на другой поезд и уехали в Ульяновск: в школах начались занятия – а они и так уже на них опоздали.
Я же планировал на недельку задержать в столице губернии – есть кое-какие дела и делишки, в том числе и с Ксавером.
Как я уже говорил, оборудование для лаборатории профессора Чижевского прибыло в Ульяновск в «несколько» разукомплектованном виде.
