Чем ближе Кири подходила к поселку, тем сильнее ей бил в нос запах жареного мяса. Ее желудок отреагировал на это громким урчанием, ведь она с утра ничего не ела.
На самом краю поселка собралось множество рабов. Раздавался смех. Несколько мужчин устанавливали барабаны. Кири надеялась, что они находятся на достаточном удалении от плантации и сада и не станут мешать белым гостям своей музыкой. Однако танцы были все-таки разрешены. Кири заранее радовалась, ведь до сих пор она участвовала только в тех праздниках, которые проходили ночью в обстановке полной секретности где-нибудь в лесу или среди полей сахарного тростника.
Кири с благодарностью приняла еду, которую раздавали женщины, и села немного в стороне, прислонившись спиной к стене своей хижины.
Между тем уже стемнело и лишь пламя костра освещало окрестности. Танцоры, которых становилось все больше, отбрасывали длинные призрачные тени, а музыка убаюкивала Кири. Это был праздник, а не заклинание духов, поэтому здесь царило буйное веселье. Люди сидели рядом, шутили и смеялись.
Кири, сытая и довольная, прислонилась к прохладной стене хижины и закрыла глаза. Она на мгновение вспомнила свою старую плантацию и тетку Грену. Там тоже бывали такие праздники, и Кири, тогда еще совсем маленькая, сидела на земле и зачарованно смотрела на длинные языки пламени, а в это время рабы танцевали вокруг огня.
— Эй! Ты что, заснула?
Кири испуганно вздрогнула. Перед ней стоял Дэни — большой и блестящий от пота. Он решительно взял ее за руку и заставил подняться на ноги.
— Идем танцевать!
Прежде чем Кири смогла хоть что-то ответить, он уже потащил ее к костру. И ее ноги независимо от ее воли сами стали двигаться в такт ударам барабана. Дрожь охватила все ее тело. Кири моментально проснулась. Она не могла противостоять желанию полностью отдаться музыке. Все быстрее и быстрее Кири вместе с другими рабами танцевала вокруг костра. Она присоединилась к женщинам, плясавшим во внутреннем круге, а во внешнем круге отплясывали мужчины. При каждом повороте ее взгляд на миг встречался с взглядом темных глаз Дэни. Музыка становилась все интенсивнее, а пение рабов, стоявших вокруг, громче.
Кири, словно в трансе, позволила увлечь себя. И вот в какой-то момент (она даже не знала, как долго она танцевала), чья-то сильная рука схватила ее и вытащила из хаоса музыки. У девушки закружилась голова. Ей надо было на что-то опереться, и она обнаружила, что стоит, прижавшись к Дэни.
Он отвел ее немного в сторону от костра, к хижинам. Не говоря ни слова, он обхватил ее лицо своими большими руками и закрыл ей рот поцелуем. Кири на мгновение показалось, что у нее подгибаются колени, а затем все ее тело охватила дрожь возбуждения. Так близко она еще не подходила ни к одному мужчине. Дэни гладил ее по плечам и по спине, и, пока он одной рукой притягивал ее к себе, другая рука уже искала ее грудь. Его поцелуй становился все настойчивее, и Кири почувствовала, что ее тело прижимается к его телу.
— Не здесь…. давай уйдем… а то другие…. — тем не менее сбивчиво пробормотала она.
Дэни мягко, но решительно подтолкнул ее в темноту между хижинами, туда, где к ним примыкали высокие кусты. Когда он осторожно уложил ее на землю, Кири почувствовала, что лежит на мягкой подстилке из пахучей зелени. Над ней простиралось черное небо с мигающими звездами, а отдаленные отблески костра заливали окрестности теплым красноватым светом. Кири закрыла глаза и полностью отдалась нежным прикосновениям Дэни. Она попыталась ни о чем не думать, но понимала, что с первого же дня, когда она увидела его у костра, ее тело тосковало по его телу.
Позже они расслаблено лежали друг возле друга. Костер между тем уже догорел, и до их зеленого ложа доносились отдаленные разговоры. Дэни играл с ее волосами.
— Ты никогда не думала о том, чтобы уйти отсюда?
Кири чуть не рассмеялась:
— Уйти? Куда? Чтобы меня сразу же поймали? Я ведь рабыня.
— Да, но есть места, где человек, даже если он… Ну, в общем, где его никто не найдет.
— Ах. — Кири отмахнулась. — Это всего лишь разговоры. До сих пор всех рабов, которые пытались бежать, — я имею в виду тех, которых я знаю, — ловили надзиратели. Они посылают за беглецами собак, и к тому же надзиратели на лошадях передвигаются намного быстрее, чем рабы пешком. И…
— И что?
Кири опустила глаза:
— Мне ведь так хорошо у миси, я не могу жаловаться. Без меня…
— Ты считаешь, что она без тебя не обойдется. — Дэни презрительно рассмеялся. — Кири, твоя миси сможет купить себе новую рабыню на любом углу. Через несколько недель она даже не вспомнит, как тебя звали.
— Нет, миси Джультта не такая. Когда она меня… когда масра купил меня, она была новым человеком в этой стране. И мне кажется, она была рада, что у нее есть я.
— Тьфу! — Дэни выпрямился, опираясь на локти. — Давай честно: ты могла бы уйти со мной, а я бы постарался, чтобы ты покинула это место и… Сегодня на это никто даже не обратит внимания. Мы сядем в мою лодку, и пока кто-нибудь заметит, что тебя тут нет…
— Нет! — резко сказала Кири.
