![Под сенью чайного листа [litres]](/_next/image?url=https%3A%2F%2Fimg.chitka.online%2Feboox-media%2Fcovers%2Fpod-seniu-chainogo-lista-litres.jpg&w=828&q=75)
Знаете ли вы, что чаи, заполняющие полки магазинов, в реальности не лучше соломы, а выращивание чайных кустов на террасах – профанация? Как же изготавливают настоящий чай? Это знает народ акха, на протяжении столетий занимавшийся изготовлением целебного пуэра. В горной деревне крестьяне ухаживают за чайными деревьями и свято хранят древние традиции. Этому же учили и девочку Лиянь, но, став свидетельницей ритуального убийства новорожденных близнецов, она не хочет больше поклоняться старым идолам. Ей предстоит влюбиться, стать переводчицей у ушлого бизнесмена, матерью-одиночкой, вынужденной бросить дочь в приюте, женой наркомана, студенткой – она словно раскачивается на традиционных качелях акха, то следуя идеалам своего народа, то отрекаясь от них… Завораживающее повествование, связующей нитью которого выступает чай пуэр, – новая удача знаменитой Лизы Си, автора романов «Снежный цветок и заветный веер», «Пионовая беседка», «Девушки из Шанхая» и «Ближний круг госпожи Тань».
Lisa See
THE TEA GIRL OF HUMMINGBIRD LANE
Copyright © Lisa See, 2017
First published by Scribner an imprint of Simon & Schuster Inc.
© Н. Н. Власова, перевод, 2025
© Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2025
Издательство Иностранка®
Когда начинается действие романа, в 1988 году, чайные листья, собранные в горах Юньнани, продавались по четыре юаня за килограмм, в пересчете на сегодняшние деньги это примерно пятьдесят центов США. Доход крестьян, трудившихся на чайных плантациях, составлял в среднем двести юаней (около двадцати пяти долларов США) в месяц.
Обратите внимание, что существуют различные варианты написания и произношения названия чая, о котором пойдет речь в романе, – на путунхуа он называется пуэр, а на кантонском диалекте понай.
Коль сыновья народятся, то спать
Пусть их с почетом кладут на кровать,
Каждого в пышный оденут наряд,
Яшмовый жезл как игрушку дарят…[1]
Это был хороший сон без дурных предзнаменований, что радует всех сидящих на полу вокруг очага. Как утверждала А-ма[3], каждая история, каждый сон, каждая минута бодрствования в нашей жизни наполнены чередой судьбоносных совпадений. Люди, и животные, и листья, и огонь, и дождь – мы кружимся, словно рисовые зерна, подкинутые в небо. Одно зернышко не может изменить свое направление, выбрать, куда лететь – вправо или влево, как и выбрать, где приземлиться – удержать равновесие на камне и спастись или отскочить от этого же камня в грязь, мгновенно став бесполезным и утратив всяческую ценность. Где они приземлятся, диктует судьба, и ничто – по крайней мере, ничего из сущего – не в состоянии изменить их участи.
Следующий в очереди Второй брат. Он рассказывает свой сон. Ничего особенного. Третий брат делает то же самое, и это скука смертная. А-ба, папа, толкает меня локтем со словами:
– Девочка, расскажи-ка, а тебе что снилось?
– Мне?
Эта просьба удивляет меня, потому что ни один из моих родителей не спрашивал меня об этом раньше. Я же девочка. Никчемная, как мне много раз сообщали. Почему А-ба выбрал именно этот день, чтобы выделить меня, я не знаю, но надеюсь, что оправдаю внимание.
– Я возвращалась в деревню после сбора чая. Стемнело. Я видела дым, поднимающийся от домашних очагов. От запаха еды желудок свело от голода. – Голод – мое обычное состояние. – Но все мое тело, глаза, руки и ноги рады, что я на своем месте. На земле своих предков.
Я наблюдаю за выражениями лиц родных. Я хочу быть честной, но не могу никого тревожить правдой.
– Что еще тебе снилось? – спрашивает А-ма.
В нашей деревне порядок старшинства такой: староста; рума – духовный жрец, который поддерживает гармонию между духами и людьми; нима – шаман, способный впадать в транс и переноситься к деревьям, которые верховный бог посадил в мире духов, чтобы представить каждую душу на земле, и там определить, к каким заклинаниям прибегнуть для исцеления или повышения жизненной силы. За ними идут все деды, отцы и мужчины любого возраста. Моя мать занимает первое место среди женщин не только в нашей деревне, но и на всей горе. Она повитуха и знахарка, лечит мужчин, женщин и детей на протяжении всей их жизни. А еще она прославилась своим умением толковать сны. Серебряные шарики, украшающие ее головной убор, подрагивают, ловя свет костра, пока она ждет моего ответа.
Остальные склоняют головы над своими плошками, заметно занервничав.
Я с трудом выдавливаю из себя:
– Мне приснилась собака…
Все вздрагивают от подобного откровения.
