Коррис вздрогнул, вернувшись в настоящее, и невольно поежился, словно вновь ощутив жуткую боль от ожогов. Достал из ящика стола флакон с настоем соннэйра и тихонько вздохнул: чудесного средства осталось на самом донышке, почти все ушло тогда на лечение ожогов его парней. Зато ни у кого из них не осталось даже шрамов! Да и лаборатория уничтожена, что не может не радовать…
К сожалению, все поиски так и не дали результатов: осталась тайной история о том, как попал к наемнику тот кинжал, не удалось выяснить, покинули ли Фанрат люди Игрока, или отряду так и не удалось выйти на их след. Вероятнее всего второе, ведь кто-то же оплатил покушение на него? Капитан потер грудь в том месте, куда ударил арбалетный болт, и хмыкнул: глупо тогда получилось, но кто ж знал, что местные ночники такие дураки, что отважатся напасть на отряд Тайной службы? Как там Урик говорил? А, точно: «не может быть порядка в городе, где Ночной король — убийца, а не вор!» Впрочем, похоже, у преступного мира Фанрата сейчас как раз намечается переворот…
Коррис вздохнул. С каждым днем он чувствовал все большую усталость, недалек тот день, когда он начнет совершать смертельные ошибки… Скорее бы все это закончилось! Глотнув вина, он снова склонился над бумагами.
— Мы его взяли, командир! — Орван буквально ворвался в комнату, — тепленьким, и с тем пакостным артефактом, все как тот парень и говорил. Кстати, Урик там порасспросил кое-кого, так вроде наш арестованный не просто вор, слухи ходят, что пару человек он точно прикончил.
— Веди его, чего ждешь? Орван? — капитан нахмурился, заметив, как прячет глаза помощник.
— Он это… Кричит там, что не хотел, да его заставили, мол, клятву по древнему обычаю дал…
— Жизнь в залог? Что ж, он знал, на что шел, тащи его сюда… Хотя нет, тут особо не допросишь, он в доме у мастера Унара?
— Да… Так что, ничего придумать нельзя?
— Подумаю, может и получится… Идем!
Через два часа Коррис, выругавшись, посмотрел на труп незадачливого грабителя и приказал Орвану:
— Вели, пусть похоронят. Что?
— Да как-то так… Хоть и гнилой был человечишка, но такая смерть… — поежился тот.
— Орван, а ты не задумывался, что было бы, удайся его замысел? Я даже не говорю о том, какие последствия это имело бы, не знай мы ничего! Если бы вы его не схватили вовремя, клинки пришлось бы уничтожить, мастер Унар скорее всего попал бы в долговую тюрьму, если бы вообще не был обвинен в ущербе интересам государства! И что, я должен жалеть мерзавца, взявшего деньги за то, чтобы уничтожить труд настоящего мастера, только из-за того, что ему пришлось умереть в муках? Нет уж! Да, я попытался ему помочь, но на этом все!
— Да я ж ничего, — смутился Орван, — а что теперь-то делать будем?
— Я вызвал из Дарона дознавателей, должны прибыть на днях. Здесь нам, похоже, больше делать нечего, так что как только те прибудут, отправимся в Чентар. И да, я хочу Мерва отправить с обозом в столицу, пусть приглядит за клинками.
— Одного?
— Нет, пусть возьмет с собой человек пять.
— А когда мы-то в столицу, командир? Устали все, почитай полтора года без продыху по стране разъезжаем!
— Не знаю… Надеюсь, после Чентара… Ладно, я назад на постоялый двор, надо обо всем доклад составить! И кстати, возьми-ка, — Коррис бросил Орвану тяжело брякнувший мешочек, — подберите себе у местных мастеров оружие. Мастер Унар обещался и сам цену не ломить, и с другими кузнецами поговорить.
— Это мы завсегда рады! — просиял помощник, — сейчас и займусь.
Через час Коррис вернулся в свою комнату и сразу же погрузился в работу, подумав: если повезет, следующий доклад будет личным!
Лия, волнуясь, до боли закусила губу. Скоро ей предстоит зайти в аудиторию и наконец открыто заявить о своих намерениях! И как это воспримут? Она помнила слова реи Тарины, её обещание поддержки, но… А что, если она неправильно поняла декана? Если та всего лишь пыталась заставить доверять себе?
Экзамен по зельеварению был первым из тех, что сдавали целители-третьекурсники. На старших курсах экзамены принимала комиссия, у них она состояла из рена Берона, тена Хонера и реи Тарины. Собственно, и сдавать нужно было именно их предметы… Лия вспомнила, как Диар говорил, что на боевом факультете в комиссии всегда присутствует директор, и лишний раз порадовалась тому, что учится на целителя.
Отойдя в сторонку, она наблюдала, как один за другим ученики входят в аудиторию и выходят из нее — кто быстро, кто подзадержавшись, но все с одинаково радостными лицами. Выпорхнула Мирая, сияя улыбкой, и Лия с трудом сдержала радость: твердо следуя принятому однажды решению держаться в стороне от остальных, она всё равно искренне переживала за Мираю, по-прежнему относясь к той с симпатией. Впрочем, за последний год блондинка изменилась, став более серьезной и собранной… Экзамен продолжался, в коридоре оставалось все меньше людей, наконец в аудиторию зашел Сирван, заставив девушку нервно поежиться: следующей пойдет она, ведь все остальные уже сдали…
