Сделав ему неопределенный жест рукой, она последовала за Стивом на временную танцевальную площадку, оборудованную на лужайке перед увитой виноградом эстрадой оркестра. Стив закружил ее в танце, увлекая по площадке.
– Прекрасный вечер, правда? – Широкая улыбка его была абсолютно искренней.
– Прекрасный, – бледно улыбнулась Келли, абсолютно уверенная в том, что единственная, кто не веселится на вечере, это она. В глаза ей бросилась Диди, хохочущая с какими-то двумя приезжими из Техаса. Рик гоготал, увлеченный беседой с бывшей рок-звездой, поблекшей и потому державшейся чересчур чинно. Что же до Стива, она подозревала, что он веселился бы даже на кладбище.
– Мне нравится эта мелодия, а тебе? – проговорил Стив, тут же принимаясь напевать ей в ухо. К счастью, голос у него был приятный.
Во время их третьего круга по площадке к ним подошел Сэм; не сводя глаз с Келли, он тронул за плечо Стива.
– Могу я разбить вашу пару?
– Почему бы и нет? – Стив только пожал плечами. Рука ее мгновенно легла на плечо Сэма, в то время как другую он крепко сжал в своих пальцах. Движения их были совершенно синхронны, хоть Келли этого даже не замечала. Она не помнила, чтобы когда-то раньше так остро чувствовала присутствие мужчины рядом с собой. Хуже того, она словно опять превратилась в неуклюжего, не умеющего слова вымолвить подростка.
– Вы не обиделись, что я разбил вашу пару? – Голос его приятно вибрировал.
Она чувствовала, как волны отдаются ей в плечо.
– Нет. – Она глядела через его плечо, наблюдая за другими парами на площадке.
В его объятиях она не могла расслабиться, как ни пыталась. Его тело было совсем рядом, его рука властно обвила ее талию.
Она вспоминала, как он целовал ее, какое чувство вызывали в ней эти поцелуи, и поняла, что чувство это до сих пор живо в ней. Лишь на миг позволила она себе представить себя с ним в постели, как руки его будут ласкать ее, и она испытает экстаз, который сменится успокоением. Нет, никогда этого не будет, она не может себе позволить это.
– Вы такая тихая сегодня, – наконец прервал он молчание.
– День был очень длинный, – поспешила оправдаться Келли первым, что пришло ей в голову, – и одарила его беглой улыбкой. – А вино и сытный ужин, боюсь, довершили остальное.
Морщинки возле его рта, казалось, углубились.
– Другими словами: «Проводите меня домой. Я устала и хочу спать».
Она засмеялась и добавила:
– Час назад я выпила вина, и оно мне прямо в голову ударило!
Но когда она вскинула глаза на Сэма, в голову ей ударило отнюдь не вино. Слегка отодвинувшись, она пробормотала:
– Теперь я точно знаю, что устала.
– Ваши товарищи, по всему судя, не считают вечер законченным.
Келли увидала, как Стив кружит по площадке чужую жену, и улыбнулась.
– Они готовы колобродить хоть до утра.
– Если вы хотите уехать раньше, то я отвезу вас.
– Не соблазняйте меня, – весело ответила она. – Я ведь могу поймать вас на слове.
– В таком случае что вы скажете, если я предложу сразу же, как только кончится этот танец, подогнать сюда мой автомобиль?
Лишь одну секунду длились ее колебания.
– Скажу «да».
– Хорошо. Договорились.
Устоять перед его улыбкой было невозможно.
Гордо вскинув голову, Эмиль шел между гостей, кивая некоторым с рассеянно-отстраненным видом, как это было ему свойственно, и оглядывая прочих в поисках Натали. Случайно повернувшись, он заметил ее, в одиночестве идущую по тропинке.
– Натали, слышишь эту музыку? – окликнул он ее еще издали.
Она испуганно обернулась, малиновая юбка ее взметнулась, точно пламя.
– Мы танцевали под нее в тот вечер, когда обручились. Забыл, как она называется. Я подумал, что ты наверняка помнишь.
Она выглядела подавленной, бледной, рука ее теребила жемчужное ожерелье у горла нервно и неуверенно.
– Нет, я… я тоже забыла.
– Потанцуем под нее опять? – хмуро спросил он. Она качнула головой в неопределенно-отрицательном жесте.
– Музыка, по-моему, почти кончилась. Может быть, потом…
Она отважилась даже на улыбку. Эмиль уловил в ее голосе легкую дрожь и посмотрел на нее с необычным для себя вниманием.
– Что-нибудь случилось? Ты побледнела.
– Нет. Просто голова болит. – Она махнула рукой, показывая, что беспокоиться не стоит. – Вечер, весь этот шум, музыка играет – голова прямо раскалывается. А больше ничего. Я решила походить здесь, среди роз. Здесь тихо, вот и будет передышка.
– Попросить лакея принести тебе что-нибудь, чтобы прошла боль?
– Я уже приняла лекарство. Не беспокойся, пожалуйста. Скоро пройдет, я уверена. Тебе надо идти к гостям, – взволнованно добавила она. – Ведь они пришли сюда ради тебя. Нехорошо пренебрегать ими.
– Ладно.
Но он был обеспокоен этим тоном и ее волнением. Вернувшись к гостям, он продолжал думать об этом, озадаченный больше, чем смел себе признаться. Именно по этой причине он не выпускал из поля зрения Натали и розарий в саду.
Кэтрин остановила лакея.
– Когда увидите моего внука, передайте ему, что я желаю с ним поговорить.
– Слушаюсь, мадам. – Лакей с поклоном отошел.
– В чем дело, Кэтрин? – раздался насмешливый голос Гила. – Сэм опять досадил тебе каким-то своим поступком?
