Одно дело, когда попадаешь в разумный туман на Проксиме Центавра или встречаешься на дрейфе с трёхглазым жабоидом из Галактики Треугольника. Тут всё понятно и без методички по ксенопсихологии. Но что делать, если на отдыхе, на старушке-Земле, твои пути пересеклись с существом мифологическим и потусторонним?.. Впрочем, наш герой с честью вышел и из этой неординарной ситуации. [Призёр литературного конкурса "Слишком реальная мифология", портал Литмаркет, 2022]
Из-за гальки и каменистого дна местный пляж и днём был малолюдным, а сейчас, ночью, Сеня просто наслаждался одиночеством, тёплым морем и луной, что освещала ему путь. Он плыл спокойно и легко, неспешно загребая под себя воду. Сто метров перед сном туда и обратно стали здесь его ежедневной, точнее еженощной, нормой, благодаря чему он просыпался бодрым и отдохнувшим.
Сеня медленно вышел на берег, где немного задержался в полосе прибоя, а потом, аккуратно ступая, подошёл к кучке своих вещей. Воздух приятно холодил тело, ещё помнящее тепло моря, и ночной пловец замер, чтобы немного продлить эти ощущения.
Но как только Сеня нагнулся за полотенцем, то спиной почувствовал чьё-то присутствие. Обернувшись, он увидел у края воды высокую фигуру в длинном ниспадающем балахоне. Одеяние у незнакомца было светлого оттенка, лицо же его, обрамлённое капюшоном, казалось непроницаемо чёрным.
– Ты узнал меня, охотник? – спросил незнакомец в повелительном тоне.
Не сказать, чтоб Сеня сильно испугался, но над ответом всё ж невольно задумался: отрицательный мог обидеть, а положительный – повлечь за собой дополнительные вопросы или уточнения. Но незнакомец торопился уже с вопросом новым, поэтому представился сам:
– Я – Кереткун!.. Скажи, почему вода тёплая? Разве солнце упало в море?
– Обычная вода. Всегда здесь такая, – чистосердечно признался Сеня.
– Где твоя лодка, охотник? – недовольно спросил Кереткун. Видно было, что он с недоверием отнёсся к словам Сени о температуре воды.
– Я не охотник, – сказал Сеня, чувствуя себя почему-то виноватым.
– Тогда где твои олени?
Признаться в том, что и оленей у него нет, Сеня уже не мог. Он махнул рукой в сторону берега и соврал:
– Там. Пасутся… то есть спят.
Кереткун проводил его жест взглядом, увидел редкие огни отеля и снова спросил:
– Анадыр?
– Что-что? – переспросил Сеня.
– А-НА-ДЫР? – медленно и по слогам повторил Кереткун.
– Ах, Анадырь! – догадался Сеня, вначале сбитый с толку манерой собеседника твердо произносить окончания слов. – Нет-нет. Анапа! А-НА-ПА!
– Анадыр далеко? – Кереткун был явно удручён.
– Очень далеко.
– У, солнце злых духов! – взревел Кереткун, обращаясь своим чёрным лицом к луне. Он долго бросал в адрес серебряного диска проклятия на неизвестном языке, а когда успокоился, то снова перешёл на русский: – Из нижнего мира шёл. Злые духи заморочили, запутали след.
– С кем не бывает, – посочувствовал Сеня.
– Анадыр покажешь? Путь покажешь?
– Конечно! – ляпнул Сеня поспешно, ещё не зная, как это сделать. Но идея к нему пришла так же быстро. Натягивая шорты и футболку, он бросил Кереткуну: – Я сейчас, минут пятнадцать-двадцать!..
По пути в отель Сеня вбил в мобильном поисковике имя своего ночного знакомца и перешёл по первой полученной ссылке. Текст на экране смартфона гласил: «Кереткун – дух-хозяин моря и морских зверей у чукчей. Кереткун и его жена имеют чёрные лица и особые головные повязки, носят одежду из кишок морских животных, питаются трупами утопленников и помогают против злых духов». Сеня присвистнул и ускорил шаг. Гневить гостя с крайнего севера, тем более духа, ему не хотелось совсем.
В холле, напротив административной стойки, стояли три старых школьных глобуса. Видимо, хозяева гостиницы считали, что эта инсталляция усиливает туристический антураж. Глобусы были одинаковые, каждый размером с футбольный мяч. А за стойкой дежурила знакомая Сене миловидная девушка, как раз она заселяла его в день приезда.
– Доброй ночи! Я возьму один глобус для селфи на фоне отеля? – обратился он к ней с располагающей улыбкой.
– Доброй ночи! Да, конечно. Только не повредите его и поставьте потом на прежнее место, – ответила портье с дежурной улыбкой, причуды постояльцев её уже давно не удивляли.
– Спасибо! – сказал Сеня и взял ближайший к себе глобус…
Берег был пуст. Сеня подошёл почти к самой кромке и позвал: «Кереткун!»
Над водой метрах в ста от берега показалась большая чёрная точка. Постепенно приближаясь, она росла в размерах: голова, широкие плечи, могучая грудь. Вскоре Кереткун показался весь. Он остановился в полосе прибоя, негласно приглашая Сеню подойти ближе. Низ балахона чудовища шевелился, но было не ясно от чего: то ли от движения воды, то ли от чего другого.
Сеня остановился метрах в полутора от духа северного моря. Ближе он подойти не смог, так как от Кереткуна жутко несло тухлятиной.
– Это наш мир! – сказал Сеня, по-вратарски зафиксировав глобус у груди.
– Что ты знаешь о мирах, человек? – в голосе Кереткуна скользнула насмешка. – Показывай!
Сеня включил на телефоне фонарик, а сам гаджет, тыльной стороной наружу, наполовину засунул в передний карман шортов. Потом в образовавшемся пятне света он показал на глобусе две точки: сначала Чёрное море, затем, проведя пальцем вправо и вверх через всю огромную страну, море Берингово. Эту неудобную манипуляцию Сене пришлось повторить ещё дважды, пока Кереткун вновь не разразился проклятиями в адрес естественного спутника Земли.
