| While he digested this statement he stood awkwardly looking at her. | Пытаясь переварить услышанное, Хорнблауэр неловко смотрел на нее. |
| Until this moment he had forgotten how Olympian she was, what self-assurance - kindly self-assurance -she had, which raised her to inaccessible heights and made him feel like a loutish schoolboy. | Он позабыл, как она божественно-величава, как уверена в себе и неизменно добра, забыл, что рядом с ней чувствуешь себя неотесанным мальчишкой. |
| His knighthood must appear ridiculously unimportant to her, the daughter of an earl, the sister of a marquis and of a viscount who was well on his way towards a dukedom. | Что ей его рыцарство - ей, дочери графа, сестре маркиза и виконта, который не сегодня-завтра станет герцогом. |
| He was suddenly acutely conscious of his elbows and hands. | Он вдруг понял, что не знает, куда девать руки. |
| His awkwardness only ended with the opening of the door and the entrance of the nurse, plump and rosy in her ribboned cap, the baby held to her shoulder. | От замешательства его спасло появление кормилицы, дородной, розовощекой, в чепце с лентами и с ребенком на руках. |
| She dropped a curtsey. | Она сделала книксен. |
| "Hullo, son," said Hornblower, gently. | - Привет, сын, - сказал Хорнблауэр ласково. |
| He did not seem to have much hair yet, under his little cap, but there were two startling brown eyes looking out at his father; nose and chin and forehead might be as indeterminate as one would expect in a baby, but there was no ignoring those eyes. | Волосиков под чепчиком, похоже, еще совсем не наросло, но на отца глядели два пронзительных карих глаза; нос, подбородок и лоб по-младенчески неопределенные, но глаза - глаза, безусловно, его. |
| "Hullo, baby," said Hornblower, gently, again. | - Привет, малыш, - ласково повторил Хорнблауэр. |
| He was unconscious of the caress in his voice. | Он не знал, что в словах его сквозит нежность. |
| He was speaking to Richard as years before he had spoken to little Horatio and little Maria. | Он обращался к Ричарду, как прежде обращался к маленьким Горацио и Марии. |
| He held up his hands to the child. | Он протянул к ребенку руки. |
| "Come to your father," he said. | - Иди к отцу, - сказал он. |
| Richard made no objections. | Ричард не возражал. |
| It was a little shock to Hornblower to feel how tiny and light he was - Hornblower, years ago, had grown used to older children - but the feeling passed immediately. | Хорнблауэр никак не думал, что этот комочек окажется таким крошечным и невесомым - он помнил своих детей уже постарше. Однако ощущение быстро прошло. |
| "There, baby, there," said Hornblower. | - Ну, малыш, ну, - сказал Хорнблауэр. |
| Richard wriggled in his arms, stretching out his hands to the shining gold fringe of his epaulette. | Ричард выворачивался, тянулся ручонкой к сияющему золотому эполету. |
| "Pretty?" asked Hornblower. | - Красиво? - спросил Хорнблауэр. |
| "Da!" said Richard, touching the threads of bullion. | - Па! - сказал Ричард, трогая золотой шнур. |
| "That's a man!" said Hornblower. | - Настоящий мужчина! - сказал Хорнблауэр. |
| His old skill with babies had not deserted him. | Он не забыл, как играть с маленькими детьми. |
| Richard gurgled happily in his arms, smiled seraphically as he played with him, kicked his chest with tiny kicks through his dress. | Ричард радостно гукал у него в руках, ангельски улыбался, брыкался крошечными, скрытыми под платьицем ножками. |
