Как только ее папаня и Палач скрылись за дверью кабинета, она стиснула меня в своих объятиях.
— Мартен, я так за тебя переживала!
— Че эт? — прохрипела я, и, боясь быть придушенной , попыталась отцепить девушку от своей шеи.
— Ну как это, а вдруг папеньке бы приспичило снова тебя проверять?
— Все нормально, цори Лиенда, — наконец-то захватив ее запястья, отвела худенькие девичьи руки в сторону. — Мне бы поесть, правда. Голодный, как буйвол. И лицо бы ополоснуть…
— Да-да, конечно. Пойдем!
Уединившись в ванной комнате, я первым делом проверила состояние своей кожицы. Хорошенько рассмотрела себя при дневном свете и в огромном зеркале. Вроде огрехов нет, шрамов тоже не видно. Конечно, если сильно приглядываться, то можно докопаться, например, до моих прыщей. Все они были одной степени красноты, но кто ж меня под лупой разглядывать будет?
Повязка на груди сидит отлично. Купленная недавно пуговка — на рубахе с длинным рукавом, перышко — в бандане. Надеюсь, за стол меня не посадят и головной убор снимать не заставят. В остальном все выглядело довольно прилично. Не высшая кровь, но и не босяк.
На кухню Лиенда отвела меня сразу же. Там я по-молодецки съела все выданное за пару минут, вызвав вздох восхищения у пожилой кухарки, за что дополнительно заработала огромный кусок пирога с картофелем и грибами. Который, впрочем тоже был умят за три секунды.
Посмотрев жалобным взглядом на аппетитный клубничный торт, красующийся на огромном блюде, я подавила жалобный вздох и пошла в столовую, занимать свое место — за спиной у Лиенды.
В просторной столовой было не так много света. Высокие окна уже прикрыли плотными портьерами, а магические светильники создавали лишь слабое, но все же уютное мерцание.
Очень даже романтично, но и черт бы с ними!
Лиенда решила построить глазки Палачу? Отлично, значит на меня он будет обращать меньше внимания! Постою здесь, в тени, понаблюдаю.
Ощущение, что все изменится очень быстро, меня не покидало. Но что делать дальше, пока даже не представляла. Вот бы послушать о чем там говорят Горьер и Вермель.
Не успела я об этом подумать, как пламя внутри меня вспыхнуло с невиданной силой. Я, даже еще не понимая, что произошло, схватилась за рубаху ровно в том месте, где под ней скрывался непалий. Но золотистое пламя не угасло и не пропало, а стало изумительно изумрудным и еле различимым. Тут же в голове послышались знакомые голоса, а затем нарисовалась и картинка.
— Я вас понял, йор Горьер. Все, что смогу, для вас сделаю. Но, к сожалению, это не быстро, — Вермель, сидящий за своим столом в кабинете , развел руки.
— Благодарю, йор Вермель. Я ваш должник.
— Отужинаете с нами? Я, конечно, уже распорядился, чтобы поставили приборы, не спросив у вас. Но, надеюсь, вы не побрезгуете простой кухней? Наша кухарка служит семье Вермелей более тридцати лет, и мы ей доверяем.
Горьер улыбнулся, невзначай прикоснулся к одежде в районе груди и неожиданно вздрогнул. Нахмурился. Затем, увидев озобоченный взгляд Вермеля, поспешил объясниться.
— Простите. Продуло видимо. Стрельнуло что-то в груди. Но уже, кажется, лучше, все прошло.
— Так что скажете?
— С удовольствием останусь на ужин. Тем более, в такой приятной компании.
— Тогда не будем заставлять ждать мою дочь. Я сегодня, кажется, и так припозднился.
Вермель встал, Максимилиан поспешил за ним, и картинка вместе с пламенем растворилась.
Я сделала судорожный вздох и закрыла глаза. Мне отчего-то казалось, что я сама вся свечусь, как уличный фонарь. Вот сейчас зайдет Горьер, а я тут маяком подрабатываю.
Послышались приближающиеся шаги, Лиенда вскочила со своего стула и защебетала:
— О, йор Горьер, вы согласились! Это так любезно с вашей стороны, отужинать с нами. Вы расскажете про свою страну?
— Лиенда! — осек болтливую дочь Ярок, но гость, кажется, совершенно не смутился.
— Всенепременно, цори Лиенда. Только давайте так, вы задаете вопросы о том, что интересует вас, а я о том, что меня.
— Договорились, — беззаботно согласилась она. — Прошу к столу, — расстекалась в любезностях Лиенда, кокетливо поправляя рукав своего желтого платья. Да и Максимилиан не уступал: сиял и улыбался своей самой обворожительной улыбкой, которая не только дуреху Лиенду расплавила, но даже, наверное, и меня бы смутила.
Нам теперь весь вечер на этот образец истинной мужской красоты любоваться с Лиендой вместе. Вермель сел во главе стола, его дочь по правую руку, а гость по левую, как раз напротив юной хозяйки и меня.
Горьер лиши раз мазнул по мне взглядом и снова переключил внимание на Лиенду.
Кажется, все складывается как нельзя лучше…
Щебет и неприкрытая Лесть Лиенды стала доставать уже минут через пятнадцать. Причём не только меня, но и Максимилиана. Это ощущалось по едва прищуренным глазам и натянувшейся улыбке.