Ярл рывком распахнул дверь в небольшое помещение, и она с грохотом ударилась о стену. Мы вошли следом. Краем глаза я заметила, как Грета едва заметно вздрогнула от этого шума.
Комната была простой: деревянные стены, кровать, сундук, окно и стул в углу. По обстановке было ясно — это комната одной из служанки.
Грета молча прошла к окну и остановилась, задумчиво глядя вдаль. Её плечи поникли, и мне нестерпимо хотелось понять, что у неё на душе, что так сильно изменило её.
Как только Ингвар закрыл за нами дверь, Рагнард замер в центре комнаты и резко обернулся. В его глазах вспыхнул гнев, а лицо стало жёстким, словно его сделали из камня.
— Вы совсем из ума выжили? — прогремел он, его тяжёлый взгляд прожигал насквозь. — Зачем вы это делаете? Ты что, действительно хочешь умереть?!
Последний вопрос был адресован мне. Его злобный взгляд сверлил меня, и я почувствовала, как внутри всё сжалось от вины. Но я знала, что должна что-то сказать, объяснить свои действия.
— Я не хочу умирать, — тихо, но твёрдо ответила я, стараясь не отводить взгляд. — Но я не могу просто сидеть сложа руки, когда люди могут снова пострадать из-за меня. Мы должны что-то сделать, и я готова на этот риск. К тому же, не всё ведь настолько плохо; неужели вёльва настолько опасна? Не убьёт же она меня за просьбу о помощи?
Рагнард резко вздохнул, и его лицо исказилось в ещё большем раздражении. Он шагнул ближе, так что я ощутила тепло его дыхания на своём лице.
— Ты слишком наивна, Элла, если так думаешь. Вёльва опаснее, чем ты можешь себе представить. Её сила может уничтожить не только тебя, но и всех нас. У неё свои планы, и она никому не служит, кроме себя.
— Мы не можем позволить страху управлять нами, — возразила я, стараясь не поддаваться давлению. — Да, вёльва опасна, но бездействие ещё опаснее. Маг уже начал действовать, он может погубить нас, и если есть хотя бы малейший шанс, что она сможет помочь, мы обязаны попробовать. Я чувствую, что он не остановится. Ему нужна я… она.
Мои слова повисли в воздухе, и напряжение между нами стало почти осязаемым. Я видела, как сомнение промелькнуло в его глазах, но знала — он понимает, что я права.
Рагнард на мгновение замолчал, его лицо оставалось напряжённым, как будто каждое моё слово обдумывалось крайне тщательно. Его челюсть сжалась, и я видела, как внутри него разворачивается борьба. Он взвешивал все возможные риски, пытаясь найти решение.
— Вёльва не будет играть по нашим правилам, — его голос теперь звучал устало, словно тяжесть происходящего давила на него. — Её помощь может оказаться ловушкой, из которой не будет выхода. И если мы попадём в неё, это может стоить нам жизни.
— Мы не можем просто ждать, пока всё станет хуже, Рагнард, — я крепко сжала его предплечье, пытаясь придать своим словам уверенности. — Возможно, она не такая жестокая, как ты думаешь. Может, она вовсе не такая, какой её представляют. Мы должны попробовать.
— Предания говорят об обратном, — проговорил Ингвар, и тяжело опускаясь на стул. Он устало откинулся на спинку, наблюдая за нами. — Вёльвы редко помогают бескорыстно. У них всегда свои цели, и никто не знает, что у них на уме. Глупо так рисковать, полагаясь на её милость. Они хуже ведьм.
Рагнард заметно напрягся после слов Ингвара. Его взгляд стал ещё жёстче, а под моей рукой я почувствовала, как его мышцы напряглись.
— И что нам теперь делать? — вырвалось у меня, голос предательски дрогнул от эмоций. — Просто сидеть и ждать? Мы ведь не можем сами найти мага, он слишком силён, и нам необходима помощь!
— Именно поэтому я пойду с тобой, — послышался приглушённый голос Греты. Её слова прозвучали хладнокровно. Она стояла у окна, всё так же не поворачиваясь к нам. — Если вёльва откажется помогать и потребует плату, я отдам её за нас.
Я вся сжалась после её слов, воздух в комнате будто внезапно стал плотным и невыносимым. Яркий свет, проникающий через окно, резал глаза, но даже он не мог смягчить тот холод, который пронзил меня после её слов. Я сделала шаг к ней, но Грета не обернулась, оставаясь непроницаемой.
— Зачем так рисковать? У тебя ведь другие цели и мечты были, — в моём голосе звучали одновременно недоумение и тревога, я едва сдерживала дрожь, охватившую меня. — Я не позволю тебе пойти на это!
— Я сделаю то, что должна, и у меня на то есть свои причины, — её голос оставался спокойным, но я уловила в нём скрытую боль. — Если это единственный путь получить помощь вёльвы, я готова пожертвовать собой. Если это сможет спасти нас всех… я приму свою судьбу. К тому же…
Она внезапно замолкла, повернулась к нам, будто собиралась сказать что-то важное, но лишь сжала губы. Её взгляд снова устремился в окно.
— Это неправильно, Грета. Мы найдём другой способ, не нужно приносить себя в жертву!
— Иногда единственный путь к победе — это пожертвовать собой, — прошептала она. — Но я не хочу, чтобы ты винила себя. Это мой выбор.