Тут же она бросилась бежать вниз по склону, да так быстро, что Артано не сразу кинулся в погоню. Он сожалел, что был тогда абсолютно один. Будь с ним несколько варгов, или проворных пауков, они бы живо смогли догнать ее.
Он бежал быстро, но настиг ее совсем не сразу. Ребенка при ней не было. В пылу погони и в плену крайней степени гнева он схватил ее, развернул лицом к себе и молниеносно проткнул насквозь ее хрупкое тело своим мечем. Она даже не вскрикнула. А когда она упала наземь, сливаясь в темноте с черной травой, Артано сначала хотел уйти, но потом повернулся к лежащему у его ног трупу и одним мощным разрядом черной магии Тано испепелил его без следа. Ему не хотелось видеть это тело, беспомощно лежавшее перед ним и красноречивее любых обвинений говорящее ему о том, что он постепенно, сам того не замечая, уподобился Мелькору. Артано даже убивал как Мелькор — без правил. Убивал безоружных, убивал исподтишка, убивал из каприза, из мести, с досады, от чувства собственной ущербности.
Теперь Артано ждал чего-то, набирался сил перед очередным витком войны, которой не было конца. Война, битва, свирепая бойня, клубящиеся низко над поверхностью темные облака, молнии, прорезающие небо, зловещие раскаты грома, сливающиеся со звуками барабанов, текущая с вершины Ородруина раскаленная лава, плавящаяся и гудящая земля под ногами. Долина Горгората с ее исстрадавшейся землей, бесплодной, безжизненной, превратившейся в пыль и пепел. И, конечно, этот неповторимый запах: запах гари и паленой плоти, запах стали и железа, запах страха и крови, смрад орков, смрад смерти повсюду.
Что же, он наберется сил, он все тщательно продумает, найдет Кольцо, отстроит заново великую цитадель в своем уделе на юго-востоке, созовет неисчислимые тысячи воинов под свои знамена. С ним его верные слуги: Ангмир и прочие кольценосцы, с ним его глашатай, с ним орки Мории, с ним верные харадрим, истерлинги, смертные страны Рун, пиратствующие мореходы Умбара, а с некоторых пор и его старый приятель по отбыванию срока в кузницах Валы Ауле, всегда уступавший ему во всем, Курумо. Он хитер, но Артано хитрее.
Кольцо вернется к нему рано или поздно. Скоро он выяснит, у кого оно. А пока остается только выжидать и готовиться к неизбежному. Готовиться к новой большой войне. На этот раз, это будет война, в которой он сразится за свое Великое Кольцо.
Все в Чернолесье уже много столетий назад привыкли к постоянному состоянию вялотекущей войны с темными силами, обосновавшимися в Дол Гулдуре. Иногда война затихала, давая обеим сторонам короткую передышку, но вскоре разгоралась с новой силой. Яркой вспышкой праведного гнева эльдар или наоборот — наглой вылазкой или засадой, устроенной орками Мглистых Гор, троллями или пауками.
Каждая новая атака врага, каждое новое сражение, болью отзывались в сердцах тех, кто терял в них родных и близких. Население Темнолесья неуклонно уменьшалось. Дети перестали рождаться с тех пор, как в лесу обосновался некромант со своими мерзкими темными тварями. Народ Владыки Трандуила вел войну со злом, угрожавшим его существованию, а это означало, что о свадьбах и днях детей не могло быть и речи.
В регулярной армии Таура вот уже почти тысячу лет женщины служили наравне с мужчинами.
Хоть никто и не говорил об этом, а Тауриэль была уникальна. Ей было чуть более шестисот лет. Не было известно, кто являлся ее родителями. В младенческом возрасте она была найдена случайно близ южной границы леса одним из патрулей. Всю свою жизнь она прожила во дворце Владыки Трандуила и всем, что она умела, всеми навыками, воспитанием, добротной одеждой, дорогим оружием, теми немногими украшениями, которые у нее были, и даже ежедневной пищей, Тауриэль была обязана его молчаливому покровительству. Официально Таур являлся ее опекуном.
Со всей серьезностью Владыка подошел к этой ответственной миссии — вырастить из попавшего в его дворец младенца женского пола смертоносного убийцу, владеющего любыми видами оружия, опасного как на расстоянии выстрела, так и в ближнем бою. С ней занимались лучшие из его воинов. Вскоре проявились ярко выраженные способности Тауриэль к акробатике, ее ловкость признавали все. Обладала она и отличавшими ее от других лидерскими качествами. Независимая, гордая, своенравная, импульсивная, Тауриэль, тем не менее, была наделена огромным упорством в преследовании поставленной цели. Она могла тренировать навыки стрельбы и обращения с кинжалами по много часов в день и уже в подростковом возрасте сделалась искусным воином, а став старше, превзошла даже Леголаса в том, что касалось мастерства рукопашной.
Трандуилу многое в ней нравилось. Прежде всего ему нравилось, что она легко поддавалась его влиянию. Он сотворил из нее ровно то, что планировал — ни больше, ни меньше. Да, она была упряма, но он видел ее безграничную признательность в отношении своей персоны, а это означало, что она никогда бы не посмела ослушаться его повеления.
