— Ты представляешь, какая это буде мука? Даже Грол еле справляется, а что ты сможешь? Да ты уже через секунду будешь валяться на траве, пуская слюни.
Сэфрис, услышав это, задумалась. Если сейчас они как то не докажут, что они не виноваты, вся деревня будет сожрана, контролировать безмозглых монстров полностью он не сможет. Получается, кто-то должен открыть свой разум, для спасения мирных жителей. А значит…
— Я могу!
Услышав её заявление, споры на стене мгновенно прекратились. Все смотрели в сторону безумной девчонки, что решила расплавить себе мозг.
— Ты уверена? Боль будет адской. — Грол смотрел на неё с явной тревогой в глазах и голосе.
— Если это нужно ради спасения людей, то я готова.
Гигант встал в полный рост. Он с легкостью доставал до верхушки стены. В его взгляде плясала ярость, но вместе с тем, можно было увидеть и… сожаление. Будто ему самому не нравилось то, что ему приходится делать. Подойдя к девушке, он взглянул прямо ей в глаза.
Невыносимая боль обожгла сразу все её тело, ввергая разум в калейдоскоп мучений. Криста что-то кричала падающей девушке, Энацу смотрела на неё с нескрываемым восхищением. И лишь один взгляд приковал её внимание. Таум смотрел на неё с восторгом, а его правый глаз светился мягким, синим сиянием. А затем, наступила темнота.
Утро после осады выдалось напряженным. Как и обещал вожак, шатуны ушли сразу после того, как он посмотрел воспоминания Сэфрис. Огромная толпа уродливых, тонких существ развернулась, и убралась восвояси. Вожак пробурчал что-то похожее на извинения, и так же отправился вслед за ордой. Девушка же от такого перенапряжения и боли провалилась в глубокий сон. Таум, осмотревший её, констатировал, что она просто спит. Как только она восстановится, группа сможет продолжить путь. Энацу, по приказу Таума, отправилась исследовать близлежащую территорию, чтобы проверить остались ли еще в округе шатуны. Услышав приказ, девушка мгновенно растворилась в тенях, будто её и не было тут никогда. А сразу после её ухода в дверь постучали.
— Извините! Могу я войти? — спросил детский голос из-за двери.
— Да, там не заперто. — дала разрешение Криста.
В проходе стояла девочка лет десяти, с простенькой куклой в руках. Взгляд её был направлен в пол. Видимо она сильно стеснялась.
— Ну… Как бы… Тетя, а дядя Эленор попросил передать вам, что вам нужно к нему прийти сегодня. Он просил передать, что это очень важно. — голос девочки был тихим, словно она боялась говорить слишком громко.
— Спасибо, малышка. Как тебя зовут? — попыталась как можно мягче спросить принцесса.
— М…Молли.
— Молли, а почему ты выглядишь такой испуганной? — насторожилась Криста. — Этот дядя тебя обидел?
— Нет… Просто… Мама говорила, что нельзя подходить к тем, кто приходит из леса. Иначе можно не вернуться домой. Но… Я все же хотела вам сказать… Спасибо вам что спасли нас! — прижав куклу, сделанную из соломы и нескольких веточек, к груди, Молли развернулась и убежала.
— Не за что. — ответила в пустоту Криста. — Интересно, что от нас нужно настоятелю.
Криста оторвалась от кровати, на которой лежала Сэфрис. Повесив свой новый меч на пояс, взглянула на Таума, который в этот момент ухаживал за Кордуком. Её учителю становилось все хуже и хуже. Целительные свойства кольца настоятеля все еще помогали, вот только время между его применениями увеличивалось. Фон Тланек предупреждал её, что рано или поздно, кольцо не успеет перезарядиться, и Кордук умрет. Но она всё же надеялась, что он сможет побороть яд.
— Иди, раз зовут. — отозвался Таум не отрываясь от капитана. — Я тут пригляжу за всем, до твоего возвращения.
Со спокойной душой Криста покинула дом и направилась в центр деревни. Будто вчерашней ночи и не было. Дети спокойно играли на улице, молодые девушки шли от речки с бельем в руках, а какая-то старушка невдалеке ругала вернувшегося лишь утром пьяненького мужа. Ей нравилось это спокойствие. Даже думать не хотелось, что бы было, если бы Сэфрис не пожертвовала своим сознанием для их спасения. А если бы не получилось? Смогла бы она положить свою жизнь, защищая абсолютно не знакомых для неё людей? Смогла бы держаться до последней капли крови, давая женщинам и детям возможность скрыться в лесах? Эти вопросы мучили её уже некоторое время. А сможет ли она спасти свою страну? Или хотя бы семью? Сомнение и страх, поселившиеся в её сердце, когда она только покидала столицу, разгорелись с новой силой. Она все пыталась убедить себя в том, что она лишь в начале своего пути. Но успокоить себя такими мыслями не получалось. За раздумьями она не заметила, как добралась до деревянной церквушки. Здание хоть и было старым, но выглядело очень ухоженным. За его состоянием хорошо следили. Перед церковью стоял все тот же слепой послушник, и начитывал какую-то молитву.
— Прошу прощения что прерываю, но настоятель хотел со мной встретиться. — аккуратно начала разговор Криста. — Он у себя?
