Раздался осторожный стук в дверь. Всем своим существом я поняла – это император. Я физически ощущала его присутствие, вдыхала запах кедра и винограда, который начал расплываться по комнате. Язык будто прилип к нёбу, сердце учащенно забилось в груди. Да что же это такое?! Сколько можно бояться всех и вся, будто я мышка-полевка?! Нужно вести себя уверенно и достойно, тогда и Регаллан начнет к моим словам прислушиваться. Как только появилось осознание того, что мне не грозит опасность, дышать стало легче, с шеи словно камень свалился. Я легко расправила плечи и встала, поправляя на себе юбку. Нам нужно поговорить как взрослым людям.
– Добрый вечер, – я сама открыла дверь и заметила, как император отскочил и распрямился. Могу поспорить, что он стоял, прижавшись ухом к двери. Стоило взглянуть на него, и прежней уверенности чуть-чуть поубавилось. Я не испугалась, нет. Скорее удивилась тому, как душу заполняет непривычное чувство теплоты и защищенности при взгляде на этого мужчину. Сейчас он выглядел как пижон, но я прекрасно помню и разорванные, окровавленные клочки одежды, и простой черный костюм, в котором Лан валялся на моей печи, и даже черное пальто, в котором он носил мои ткани. В голове не укладывается то, каким разным он может быть.
– Добрый, – улыбнулся император и вошел в мои комнаты. Не успела я рта открыть, а за ним уже потянулись вереницы слуг, внося большой стол, два тяжелых стула, обитых мягкой тканью и множество каких-то невообразимых блюд. Регаллан встал непозволительно близко от меня, нарушая все мыслимые нормы личного пространства. Я ощущала тепло, исходящее от его тела, а запах магии, смешанный с ароматом дорогого парфюма, пьянил и путал мысли.
Стол сервировали очень быстро. Как обычно, для императора поставили мясные блюда и закуски, для меня – супы, салаты, десерты и неизменный стакан горячего шоколада. Когда слуги ушли и оставили нас наедине, император отодвинул для меня стул и дождался, пока я сяду за стол. Я чувствовала себя ужасно неловко, ведь никогда прежде мне не доводилось есть в такой необычной обстановке. Эти манеры и правила нервировали меня, а набор столовых приборов из четырнадцати предметов и вовсе вселяли ужас.
– Почему ты волнуешься? – спокойным голосом спросил Регаллан, усаживаясь напротив. Движения его были плавными и ровными, взгляд – твердым и уверенным. Чувствовалось, что он в родной стихии.
– Потому что я не привыкла ужинать с монархами, – постаралась пошутить я, но вышло не очень хорошо.
– Ты обедала со мной намного чаще, чем это удается сделать многим министрам и советникам, – со знакомым смешком в голосе ответил император и посмотрел на меня мягким, нежным взглядом. – Гретта, это все тот же я, – произнес он и развел руками. – Лан.
– Нет, – мягко улыбнулась я. – Лан был простым аристократом, который обещал мне спокойную жизнь в своем доме, а ты – глава государства, который поселил меня во дворце. Я смотрю на эти вилки, – взгляд упал слева от тарелки, изучая разновидности принесенных приборов, – и не понимаю, что мне с ними делать. Почему у двух по три зубца, а у остальных – по четыре? Почему одни короткие, а другие длинные? Почему здесь столько видов ножей? Зачем они нужны, если можно обойтись всего одним?
– Гретта, – рассмеялся Регаллан, и от этого я почувствовала себя ещё более глупо и неловко, – ты поражаешь меня каждый день. Нам нужно обсудить твое обучение, твою легенду, твое будущее, в конце концов, а тебя волнуют столовые приборы! – искренне поразился он и откинулся на спинку кресла. Я поймала себя на том, что любуюсь широкими плечами, затянутыми в ткань рубашки. Он закатал рукава, открывая моему взору предплечья, по которым вилась паутинка синих вен. Матерь Жизни, почему мне так приятно смотреть на его руки? Закрыв глаза, я сделала глубокий вдох и попыталась выбросить из головы посторонние мысли. – Можешь пользоваться только первой, самой длинной вилкой и самой первой ложкой, она называется столовой. Остальные приборы для мяса и рыбы, которые ты не ешь, а также для десертов. Для сладкого используй вторые вилку и ложку, а также третий нож. Наедине со мной вообще можешь есть руками, – устало вздохнул он.
– Я хотела обсудить с тобой некоторые вопросы, – с напряжением в голосе ответила я, отведя глаза от столовых приборов. Не верится, что я говорю эту фразу императору.
– Я весь во внимании и ловлю каждое твое слово, – заверил меня Регаллан, отправляя в свой рот кусок свинины.
– Мы переспали, – сразу взяла быка за рога я и с наслаждением смотрела, как самообладание подвело монарха, и на несколько секунд он застыл с полным ртом.
– Гретта, – медленно протянул Регаллан, положив локти на стол, – зачем же так грубо? Переспали… Были близки, – странной интонацией перефразировал он, бросив на меня теплый взгляд.
