Полезно или вредно думать? К чему это приводит? И что же все-таки лучше - ждать или действовать?
«It’s gonna take a lot to drag me away from you…
There’s nothing that
A hundred men or more could ever do.
Just like the rain down in Africa,
It’s gonna take some time but I know
You’re worth fighting for!»
J. Derulo
Это было самое грандиозное безумство из всех, что она когда-либо совершала – переселение на Марс. И не смотрите на меня так, я к этому не причастен. Ну, разве что процентов на восемьдесят. Остальное – это просто отговорки. Ну в самом деле, как же она будет жить без такого красавца, как я? Шучу-шучу. Я не настолько самовлюблён, как стараюсь показать.
Когда я вижу её зелёные глаза… Кстати, она немного привирает насчёт их цвета. Я счастлив. Знаю, что это немного не правильно, ведь на Марсе она инопланетянка, но ничего не могу с собой поделать.
Карабин посмеивается, когда я в очередной раз заступаю на дежурство с Чарли. Да кто бы говорил! Между прочим, отсутствие Дросселя по ночам мы с Модо замечаем ничуть не реже.
Когда в первый раз мы вернулись на Марс без Чарли, с каждым вздохом мои мысли продолжали возвращаться к ней. Отправляясь на свою планету, я мечтал, что меня наконец-то отпустит то пугающее сумасбродное чувство, но не вышло.
Я скучал. Сильно. Так, что сводило скулы. А ещё был несносен, и братья, наверное, мечтали меня задушить моим же хвостом, даже не догадываясь, почему я веду себя, как последний кретин, то и дело рискуя ушами. Просто я надеялся, что накатывающий адреналин хоть немного приглушит мои чувства или же, в конце концов, меня прикончат, чтобы не мучился.
Честно говоря, когда я снова увидел её, то растерялся и не знал, что сказать, а потом всё так стремительно закрутилось-завертелось, что стало как-то не до этого. Но с тех пор у меня в жизни появилась еще одна цель: быть рядом и спасать эту неугомонную землянку и её мир, попутно делая вид, что я просто так с ней флиртую. Идиот… Смешно, конечно, но совсем не помню, когда я перестал думать о ней, как об «очередной красотке на байке», которую непременно нужно сразить. А когда она сказала, что мы её семья и она сбирается последовать за нами на Марс, я едва подавил в себе желание от радости сгрести её в охапку и скакать, как сумасшедшая обезьяна.
Так что, сейчас навёрстываю упущенное мной, когда бы то ни было, время.
И вообще, почему Дросселю можно увиваться за Карабин, а мне за Чарли нельзя? Где справедливость? В мире должно быть равновесие. Эта мысль не давала мне покоя и уже стала обыденной.
И вот, сейчас мы патрулируем округу, а когда отъедем достаточно далеко, я наконец-то начну обучать её тому, чему научил меня сам генерал Стокер. Благо, я во многом не уступаю бывшему Главнокомандующему. Не хочу, знаете ли, чтобы у меня ежесекундно нервно дергались уши, едва я увижу мотоцикл Чарли на поле боя.
Хотя, кому я вру? Всё равно буду оглядываться каждый раз, проверяя, не случилось ли с ней чего, при этом рискуя попасть под вражеские выстрелы, идиот самовл… нет, всё-таки просто влюблённый…
Стоп! Неужели я наконец-то сказал это? Хотя бы в мыслях…
– Винни, ты подозрительно тих сегодня, – насмешливый голос Чарли прозвучал из наушника переговорного устройства в моём шлеме.
– Дорогая, я полностью в твоём распоряжении ближайшие четыре часа, – через силу усмехаюсь и сворачиваю в каньон. – Ты уже не можешь жить без моего прекрасного голоса?
– Ты обещал обучить меня чему-то, голосистый. – Последнее слово она произнесла как-то язвительно.
– Я обещал обучить тебя всему, что знаю, – вздыхаю, останавливаюсь и осматриваю площадку, которую выбрал для тренировки. – Будет сложно и возможно больно, но эти знания могут спасти тебе жизнь, если меня – твоего верного рыцаря не будет рядом.
Обернувшись, ехидно ухмыляюсь.
Чарли остановилась и, очаровательно надув губки, скрестила руки на груди.
– Детка, не обижайся, но опыта у меня побольше твоего, и я знаю, о чём говорю. Стокер из пухлощёкого избалованного мышонка высокопоставленных родителей сделал того, кто сейчас стоит перед тобой, – развожу руками, показывая себя во всей красе.
– Да, пухлощёкость генерал убрал, но, вот, избалованность осталась, – хмыкнула девушка, а я улыбался сам себе. Моя красавица не меняется, даже будучи далеко от Земли.
Оставшееся время учу её драться по-настоящему.
Могу без ложной скромности сказать, что этим искусством я владею в совершенстве. Модо в силу комплекции мог позволить себе раскидывать врагов налево и направо ещё до бионической руки, а Дроссель – прекрасный стратег, что позволяет ему правильно расставлять силы в битве.
Меня же Стокер обучал совсем другим вещам, пользуясь тем, что с самого детства я был на редкость неугомонным мышонком. Сейчас я просто знаю куда ударить, чтобы противник больше не встал. Это происходит на уровне рефлексов, как вождение. Может, именно поэтому в бою я стараюсь не думать?
