- Как же с тобой трудно, - сказала я, хватая его за плечо и притягивая еще ближе к себе.
- Что ты делаешь? - настороженно спросил он.
Забавно слушать его, застигнутым врасплох. На самом деле было приятно поменяться ролями и поставить его в неудобное положение, поскольку он считал обязательным делать мою жизнь несчастной каждый день.
- Мама учила меня, что губы не меняют температуру, как руки, так что я смогу понять, действительно ли ты горишь или просто дело во мне, - объяснила я, прижимая губы к его плечу.
- Ах да, я забыл, что это то, чему меня учили в медицинской школе. Поцелуйте плечо пациента, чтобы убедиться, что у него нет инфекции, - издевался он, его голос немного дрожал.
Я чувствовала, как мурашки бегут по руке Хейдена, но игнорировала их, пытаясь не слишком гордиться своей победой. Не каждый день удается поставить самодовольного, чересчур уверенного в себе мужчину на место при помощи некоторых женских хитростей.
Ладно… женские хитрости были довольно банальными. Скорее всего он просто чувствовал себя неловко, когда кто-то прикасался к нему, но я все еще радовалась, что непоколебимого Хейдена можно так легко поставить в неловкое положение.
- Ты закончила? - спросил он, глубоко вздыхая под моими губами.
Я отстранилась, удовлетворенная тем, что одновременно измерила его температуру и заставила его чувствовать себя не в своей тарелке.
- Да, закончила, большой ребенок. Думаю, ты будешь жить. У меня просто холодные руки.
- Я же говорил, - самодовольно ответил он.
Я скорчила ему гримасу, но ничего не ответила, вставая с пола и теперь лучше осматривая маленькую комнату, не паникуя из-за смерти Хейдена.
Как и в предыдущих двух убежищах, убранство этой комнаты состояло из кресла-качалки, кровати, нескольких шкафчиков и камина. Должна быть причина, по которой все комнаты изнутри выглядели одинаково, несмотря на то, насколько разными выглядели внешне все убежища. Может быть, какое-то давно забытое воспоминание из моего прошлого заставляло меня чувствовать себя в безопасности в одной комнате.
Я была уверена, что Хейден мог сказать мне, какое именно воспоминание создало эти убежища, но я не собиралась спрашивать его и доставлять ему удовольствие, что он знает еще одну вещь, которую не знаю я.
- Ты похожа на убийцу, - отметил он, кивнув на мое окровавленное белое платье.
Я ничего не ответила на его обвинение, просто уклончиво пожала плечами. Неважно, как выглядело мое платье, оно все равно чудесным образом очистится перед началом следующего цикла.
Хейден присоединился ко мне и встал с пола, однако быстро поднес руку к затылку.
- Что ты со мной сделала? - спросил он, осторожно притрагиваясь к шишке, а затем прищуриваясь от ощущения.
- Я могла случайно уронить тебя раз или два, - застенчиво призналась я.
- Раз или два? - недоверчиво повторил он.
- Это не моя вина, - возмутилась я. - Если бы ты не весил так много, было бы не так трудно тащить тебя через дурацкое поле тюльпанов!
- Я думал, ты любишь тюльпаны, - отметил он, извлекая еще одно воспоминание из моей памяти.
Нечестно, что он так много знал обо мне, когда я ничего не знала о нем.
- Я любила тюльпаны, - поправила я. - После того, как пришлось так долго тащить через них мужчину, потерявшего сознание, они вроде как потеряли свою привлекательность. Кроме того, у меня все еще шишка на голове от того ужасного зомби с первого задания, поэтому ты не имеешь права жаловаться на свою маленькую шишку.
- Постой, - сказал Хейден, выглядя так, словно он на самом деле беспокоился. - У тебя до сих пор шишка на голове?
Я была поражена его реакцией. Конечно, Хейдену все равно, есть ли у меня шишка на голове. Черт возьми, он почти нанес мне травмы и похуже, чем эта, просто ради удовольствия.
- Да… это важно? - спросила я.
- Ты должна… как бы это сказать? Ты должна «перезагружаться» после каждого цикла, - объяснил он.
- Поэтому мое платье никогда не бывает грязным, когда я просыпаюсь? - спросила я.
- Только женщина будет больше заботиться о своем платье, чем о своем здоровье, - засмеялся он, становясь позади меня. - Дай посмотреть.
Хейден собрал мои длинные волосы вокруг шеи и переместил их через одно плечо, нежно проводя пальцами сквозь волнистые пряди на голове.
- Я уверен, что все не так уж плохо, - тихо и поразительно близко сказал он, прижав грудь к моей спине.
Его пальцы прошлись по коже моей головы и нащупали шишку, из-за чего жгучая боль ударила мне в голову.
- Ай!
- Ну и кто теперь ребенок? - поддразнил он.
Он надавил на шишку еще несколько раз, прежде чем вытащить руки из моих волос, провести ими по моей голове, вниз по шее, и, наконец, положить их на мои голые плечи. Я не понимала, какая холодная у меня кожа, пока теплые руки Хейдена не указали на разницу наших температур.