На картах этот остров не означен, – / Надежных мест на картах не сыскать. – «На карте этот остров не обозначен – настоящие места никогда не отмечаются на картах» (гл. 12). У Набокова «It is not shown on any map; / True places never are», тогда как у Мелвилла «It is not down in any map; true places never are» (Melville H. Moby-Dick or The Whale / Introduction and Notes by D. Herd. Ware: Wordsworth Classics, 2002. P. 48). В рукописи романа «It is not down on any map».
Сей свет небес не для меня, / Краса несет мне лишь страданье… – «Этот небесный свет не для меня. Красота причиняет мне только страдание» (гл. 37).
…то место о сладкой смерти сборщика меда из Огайо… – Комментаторы романа не обратили внимание на то, что здесь продолжается ряд аллюзий к «Моби Дику», в гл. 78 которого описывается, как индеец Тэштиго упал внутрь головы кашалота, где содержится ароматный спермацет, добываемый китобоями. Об этом происшествии на китобойном судне в конце главы рассказано так: «Ну а если бы Тэштиго нашел свою погибель в этой голове, то это была бы чудесная погибель: он задохнулся бы в белейшем и нежнейшем ароматном спермацете; и гробом его, погребальными дорогами и могилой были бы святая святых кашалота, таинственные внутренние китовые покои. Можно припомнить один только конец еще слаще этого – восхитительную смерть некоего бортника из Огайо, который искал мед в дупле и <…> перегнувшись, сам туда свалился и умер, затянутый медвяной трясиной и медом же набальзамированный. А сколько народу завязло вот таким же образом в медовых сотах Платона и обрело в них свою сладкую смерть?» (Мелвилл Г. Моби Дик, или Белый кит. Повести. Рассказы. С. 424). Упоминание Платона, на наш взгляд, и привлекло внимание Набокова. В конце предыдущей главы «Незаконнорожденных» Платон возникает в подготовленной для Круга речи в связи с утопической идеей совершенного государства, якобы воплощаемой Падуком («Мы будем учить, и прежде всего познаем, что мечта Платона осуществилась в руках Главы нашего Государства…»), и, следовательно, слова Мелвилла в «Моби Дике» о народе, нашедшем в «медовых сотах Платона» свою смерть, экстраполируются на описываемое в романе общество, поверившее посулам очередного диктатора. Источник метафоры Мелвилла следует, вероятно, искать в легенде, по которой пчелы собирали мед с уст Платона, когда он был ребенком (Riginos A.S. Platonica. The Anecdotes Concerning the Life and Writing of Plato. Leiden: E. L. Brill, 1976. P. 17).
