— Вот заставил бы тебя в двойной мере силы прокачивать, что одни, что другие, да жалко такого слабака, как ты — не выдержишь же! — Отчаянно выдохнул сын директора, выводя полутемника на улицу.
— А что по счёт пострадавшего?
— Я с ним говорил. Сказал, что с ним свяжутся, и свой номер на всякий случай дал, чтоб сам с отцом связался, если будет необходимость.
— А залог он оставить не заставил? — Покинув здание первой, Доминика придержала дверь для парней.
— Обещания его будущей неприкосновенности хватило. Глаз бедняги, конечно, почему-то задёргался, но, думаю, это было согласием на мои условия.
— Сколько вообще оплата компенсации составляет? Её никак нельзя было сразу оплатить? Я в тайских законах, правилах и наказаниях за нарушения не очень сильна, тем более не знаю о драках в общественных местах, так что можешь пояснить?
— Ну, думаю, ты, как и я, не носишь с собой в кармане двадцать-тридцать тысяч бат, поэтому нет, нельзя было.
— Сколько?! Это же почти сорок тысяч русских рублей по нынешним меркам!
— Ага, таковы условия. Либо тюремное заключение. Но переживать не стоит, для отца это какие-то сатанги, а возмещение затрат для Корна будет в виде работы по способности. Сдаст пару десятков смен провидцем, темником и смешанно, да и дело с концом.
Вскоре перед троицей остановился уже знакомый чёрный внедорожник. Сунан помог работодателю посадить Тинна на переднее сидение, дождался, пока темники сядут на заднее кресло, залез в машину сам и увёз всех обратно в школу. У самого въезда их уже ожидали изнервничавшиеся соседки Домы, что в одних домашних шортах и футболках с накинутыми на плечи мужскими кофтами на замке стояли и дрожали от страха и холода. Девушки нетерпеливо топтались на месте, ожидая, когда кто-нибудь вытащит наружу живого и невредимого Корна, каким они его очень хотели видеть.
Первой из автомобиля вышла Ника, сидевшая по правую дверь, после чего водитель вместе с Прасетом вытащили заснувшего по дороге полупровидца.
— У-у-у, закемарил, дорогой! Этого нам не хватало! — Вздохнула россиянка, разглядывая глупо хлопающего глазами друга.
Не выдержав, она оставила друзей и подошла к одиноко стоящему в стороне парню и, укутавшись в приятный на ощупь пиджак, который Сет вновь накинул на неё во время отправки домой, вполголоса спросила полуангела:
— Ты как?
— Хорошо, помимо того, что вижу сейчас пьяного Корна и того факта, что ты куда-то ездила с Нонгом’ и сейчас стоишь, кутаясь в его одежду, — глядя перед собой со скрещенными на груди руками, ответил Хат сухо.
— Ну, ты чего? Нашу дружбу из-за какого-то индюка хочешь разорвать? Серьёзно?
— «Дружбу»? — Усмехнулся Тхонгкхамат. — Нго антараи…
— Я не глупая! Давно всё поняла, просто… должен же ты осознавать, что чувства к кому-либо нельзя выбирать, словно делать выбор в игре. Подделать можно, но… они не будут настоящими. У меня есть к тебе чувства, но только дружеские. Причём они появились почти сразу после знакомства, а для меня такое редкость! Ты хочешь разбить мне сердце тем, что отдалишься от меня из-за безответной влюблённости?
«Прости, конечно, что приходится врать, если вдруг у тебя правда ко мне чувства, но я не могу поступить иначе. Ты даже сейчас ощутимо отдаёшься в теле молниям от браслета. Мне
Полусветляк посмотрел куда-то на верхние окна школы, напрягся, после чего понуро опустил голову на ладонь и со слегка выдавленным отчаянием прошептал:
— Прости. Глупый на самом деле я.
— И отчего же ты сделал такие выводы, Хат-и?
— Потому что думал, что если на время отдалюсь от тебя, то ты примешь свои чувства ко мне и… чёрт, я даже продолжать не хочу, я вёл себя как идиот!
— Хат-и, ну ты чего? Ты был на нервах и, очевидно, ревновал, обижался. Твои взбалмошные идеи вполне оправданы! Сейчас же мы всё прояснили, да? — А в голове крутилось «нет, Хат, ничего мы не прояснили». — Теперь между нами нет недосказанности и обид?
— Да, конечно. Снова будем такими же друзьями, что и раньше, — Пхат мягко улыбнулся и раскинул руки, приглашая подругу обняться.
