Подающая надежды (СИ) полностью

— То есть ты… Тиннакорн Маиботхад?.. — Выдавила из себя Доминика, чувствуя, как холодеют пальцы.

— Ага, Корн Тиннакорн Маиботхад. А у брата три имени — Флэт Фасс Фассакорн Маиботхад, — И, опередив Нику, пояснил: — Да, английское «плоский» — как и его юмор. Его так друзья прозвали, поэтому не удивляйся, если в компании его так назовут. Отец объяснил это тем, что у Богов, как и у их прислужников, дел с пят до головы и лишнего времени, на походы по паспортным столам и поиск каких-то незаконнорожденных детей, о которых никто не знает, нет. Мы просто не афишируем фамилию, а при необходимости представляемся другой. Вот и получается, что по паспорту мы с Фассом Маиботхады, но никто об этом и не догадывается.

— Стой, это понятно, но… ты так и не объяснил, каким образом я являюсь тебе сестрой. Моя мать темничка и не тайка, поэтому вашей матерью быть она не может, а отец ваш и вовсе…

Тиннакорн помолчал с минуту, давая возможность Нике самой подумать и связать имеющиеся данные. Увидев, как лицо её сменилось с задумчивого на ошарашенное, маг удовлетворённо улыбнулся и покивал.

— Да, Нонг’Сау, мой отец и твой тоже.

— Но… Но как, блин?! Этого же не может быть, у меня был отец!

Дыхание сбилось, к горлу подступил ком, на глаза навернулись слёзы — обычная практика для неё, но почему-то на этот раз стало особенно плохо, где-то внутри что-то сломалось, что-то важное с треском разрушилось, осколками впиваясь во все преграды. Сложно поверить таким словам, сложно в таком довериться даже тому, кто помог зашить давнюю рану на сердце, кто общался с ней так тепло и искренне, кто… кто обладал даром «расположения».

— Нет-нет-нет-нет-нет! Нет, Корн, нет! Ты лжёшь!

— Это, думаю, понимаешь, было семнадцать лет назад, — несмотря на крики, терпеливо продолжил Тинн. — Он знакомился с составом Российского Совета Магии: Советчиками всех школ страны, подСоветом и малыми членами Магического общества, из-за чего в России задержался на месяц. Уже в первые дни пребывания там он «почувствовал сильную потребность» в одном, как он выразился, «крайне важном деле», а невесты рядом не было — та вовсю готовилась к свадьбе. И, опьянённый своей «сильной потребностью», он встретил в ПМШ даму с убийственным хладнокровным взглядом, какой она задержала на отце дольше дозволенного.

— Тёмного принца ради, не говори мне, что это точная цитата! — Взвыла Дома, решив всё же дослушать бред друга.

— Огорчу тебя, но да — это его слова, — выслушав все пренебрежительные ругательства от темнички, Корн на вздохе продолжил: — Вот он и не удержался. Подошёл пообщаться, пригласил на чай. Девушка, зная статус прилетевшего господина, покорно согласилась, не желая портить отношения меж стран, но на продолжение никак не намекала, ведь имела любящего и любимого парня. Но, если знать характер моего… отца, можно понять, что он без зазрения совести ослушался правил и вновь нарушил закон. Он насильно затащил эту девушку к себе в номер и… Так и…

— …Так и получилась я? — Закончила за него россиянка, чувствуя, как по щекам текут слёзы. Полутемник ответил молчаливым кивком. С дрожью она прошептала: — Но как это возможно, Корн? Почему я здесь и… к чему всё это?

— Я не знаю точно, но, думаю, отец специально попросил тебя сюда прилететь. Не могу сказать наверняка ради чего, но что-то, очевидно, ему от тебя нужно.

«Он же может врать — это факт… Мама не говорила мне об этом! Но она пропала, когда мне и двенадцати полноценно не было, я была мала для таких рассказов… Но он всё ещё может врать! Я точно не могла произойти от этого старого изврата! Не могла же?.. Почему браслет не даёт реакцию, когда она так нужна?! Он же должен оповещать меня и об опасной для моей жизни лжи тоже! Или Корн говорит правду? Да не может такого быть! Я не могу иметь общие корни с тайцами, моя внешность не похожа на них!»

— А моя внешность?..

— Твой нос вздёрнут, а лицо узко, но подбородок тяжёлый, губы формой сердца, как у отца и глаза… его. Глубоко посаженные, с острым взглядом и двойным веком, — озадачил в ответ Корн. — И да, я сам сначала не верил, что это правда ты. Но фото твоей мамы есть у каждого уважающего себя мага, поэтому сравнить вас втроём не составило труда. Больше черт лица у тебя от мамы, но… с отцом схожести тоже есть.

— Боже, то есть?.. Но, постой… Тогда получается, что… Прасет тоже мой?..

— Знаешь, как его при мне отец называет? — Вновь огорошил парень. — «Бутбуйтхам», то есть «приёмный сын».

— Чт… что? — Прохрипела магичка, полностью ослеплённая ужасом. — Да что тут за ёб… — она рассыпалась в брани, пока злость не ослабла. — …дец происходил?!

«Корн-и, прошу, Господи, скажи мне, что это просто злая шутка!..» — Сердце девушки готово было выскочить из груди, руки в панике тряслись от мысли, что мама врала и она дочь не того мужчины, которого всё детство называла папой, которого оплакивала на похоронах, потеряв одно из самых важных для себя существ.

— Корн… как? — Губы тряслись, говорить удавалось лишь с большим усилием.