— Но до сих пор ты была всем довольна, раз я всё ещё жив, верно? — Усмехнулся темник, чувствуя сладкий вкус выигрыша в этой увлекающей битве колкостями и коснулся взглядом злобно причмокнувшую губами подругу. — Да и если на то пошло — при виде тебя, о, прелестная дева, мои мысли убегают от меня так далеко, что угнаться за ними и придумать или вспомнить что-то более стоящее твоего внимания мне просто не удаётся! Вот и вся правда, — и, как точку поставив, он цокнул языком, подмигнув собеседнице.
«Вот же индюшара», — прорычала про себя иностранка, прожигая в тайце дыру пылающим негодованием взором.
Вслух же она лишь увеселёно хмыкнула, поднимая на собеседника прожигающий внутренности взгляд:
— Мы пришли, Сет.
Галицкая самостоятельно открыла дверь и вошла в помещение, где сразу же ощутила морозящее покалывание на никак не привыкающей к резкой смене температуры коже, заменившей зимний тайский зной. Она поёжилась и попыталась согреть покрывшиеся мурашками руки резкими потираниями ладоней от запястий до плеч, но Тхэ, идущий следом, предусмотрительно накинул ей на плечи верхнюю толстовку на молнии, подтвердив собственное утверждение о двойной одежде — под тёплой чёрной тканью на нём оказалась водолазка, что вычурно, слишком показушно облегала симпатичное подкаченное тело, предоставляя миру возможность дорисовать примерную картину того, как оно выглядело
— А та кофта, на которой я сидела, где? — Правильным образом натянув на себя предложенную одежду, уточнила Доминика недоумённо.
— В рюкзаке, ты его не заметила? — В ответ удивился Прасет, кивнув себе за спину. Девушка на это лишь понимающе покивала.
На входе в кафе пару вновь встретили со скрытыми за медицинскими масками приветливыми улыбками, вежливо попросили сменить уличную обувь на милые тапочки и обработать руки, после чего провели к свободному столику. Сет снова выбирал еду сам, но в этот раз ограничился парой салатов, двумя соками и десертами в виде пирожных, так как полноценно они поели ещё до прихода в обитель котов.
Только завидев Нику, к её ноге сразу приластилась порядком подросшая статная пантера, косящая под кошку, чтобы не пугать посетителей-людей. Между
В ходе общения чужестранка узнала, что Цок-цок успел восстановиться — хотя это и было очевидно, раз он нашёл силы для роста — и снова может поделиться силой со своей хозяйке, на что та обрадовано улыбнулась и на пальцах высчитала, удастся ли оплатить сеанс с животным и не обеднеть сразу после, с чем ей вскоре помог не Маиботхад:
— Не надо, не напрягай мозг зазря, я всё оплачу, — дожевав деревяшку до состояния каши, он взял вторую и принялся за неё, отведя взгляд на панорамное окно.
Тут к нему с небольшим подносом в руках продефилировала уже знакомая темничке официантка — Кэт, что элегантно поставила поднос на столик и по-английски медовым сладким голоском пропела:
— Дорогой посетитель, в который раз позабывший о подругах, если вы продолжите так безжалостно издеваться над та-кийап[1], то вынуждены будете заплатить за новые.
— Дорогая Пи’, как же «позабывший»? Вам от ваших посетителей, включая меня, важны лишь карманы, так что будьте добры не указывать мне на мои проступки, когда сами не лучше, — в тон приятельнице процедил Пхантхэ с натянутой улыбкой. — А за палочки я заплачу, можете не переживать.
— Ц, ои-и-и, Нонг’Сет, ну что ты такое говоришь? Мы с девочками правда ждём тебя тут, скучаем! Всё думаем, когда же наш друг соизволит нас навестить! — Дома от такого наигранного оскорблённого скулежа тихо посмеялась в кулак. Китти звук смешков уловила своим острым от природы слухом и подметила, сузив на девушку зрачки: — И сопровождаемую тобой даму тоже увидеть хотели — очень она нам приглянулась! Мила, красива, прямо-таки во всём чудесное существо!
— Ой, как мило, — вклинилась в разговор россиянка. — Пи’Мэу, спасибо за лестные слова. А тебе, Парест, право, стоит иметь хоть какое-то уважение к подругам!
Палочка с глухим треском разделилась надвое — Прасет прокусил её кончик.
— Ну вот что ты столовыми приборами-то завтракаешь, мёдом они обмазаны, что ли? — Вздохнув, словно терпеливый учитель младших классов, поругалась магичка и постучала пальчиком по столу. — Вон, Пи’ еду принесла, её в себя помещай и, пожалуйста, не порти желудок деревом, ты не бобёр.
Маг горько всхлипнул, уткнулся носом в тарелку и стал неспешно помешивать салат. Вспомнив что-то, Мэу воскликнула в озарении и обратилась к знакомой:
— Нонг’Сыадам, тебя же Си ищет, говорит, очень продолжить общение хочет! Часто спрашивает, не приходила ли ты, всё тобой интересуется.
— А, тот, что у меня номерок в прошлый раз просил, а я ему вполне ясно дала понять, что просто хотела поболтать в моменте? — Подумав, предположила Галицкая, глянув на собеседницу снизу вверх. — Я же вроде на большее не намекала, чего он опять…
