Эрика решила, что позже будет время подумать о том, что сказать брату, так как сейчас Селит снова повел ее вниз, чтобы сделать своей женой, но при этом и не подумал снять цепи.
Эрика надеялась, что сумеет выдержать всю церемонию и не разрыдаться.
Епископу пришлось подождать жениха и невесту еще немного, поскольку, едва они успели добраться до верхней ступеньки, появилась мать Селига. Взглянув на Эрику, она мгновенно пришла в такую ярость, что Селигу потребовалось несколько минут, чтобы понять причину.
– Я не допущу этого! - объявила она сыну, показывая на цепи Эрики. - Немедленно сними их! То, что ты собираешься вытворять потом, - дело твое, но девушка добровольно согласилась на эту свадьбу. И ты, кстати говоря, тоже. Она не пойдет к алтарю в оковах!
Селит еле удержался от спора, хотя тоже трепетал от гнева. Однако он, с неожиданно покаянным видом, молча выслушал наставления матери и, смутившись от столь суровых упреков, сунул Бренне ключ и начал спускаться с лестницы, оставив женщин наедине.
– Спасибо, - еле слышно выговорила Эрика.
Бренна нетерпеливо взглянула на нее, прежде чем отомкнуть кандалы:
– Не стоит меня благодарить. Скорее всего, ты снова окажешься в оковах, как только закончится церемония. Но я бы советовала тебе побыстрее научиться управляться с моим сыном, так будет лучше для тебя и для него.
Эрика уже не ожидала от жизни ничего хорошего, но воздержалась от излишней откровенности.
– Я не так уж стремлюсь стать его женой, - призналась она вместо этого.
– Всем это известно, дитя мое, - вздохнула Бренна, - но какими бы средствами он ни добился твоего согласия, будь благодарна, иначе не удалось бы избежать кровопролития.
Но в эту минуту Эрика совсем не чувствовала в себе душевного порыва обречь себя на муки ради спасения десятков жизней. Не будь под стенами замка ее брата… Да, но она забывает о том, что могло произойти в конюшне, об ужасе, овладевшем ею и вынудившем дать согласие стать женой человека, который ее ненавидит.
– Ну вот! - удовлетворенно объявила Бренна, сняв ошейник и вручив Эрике цепи. - Положи куда-нибудь, пока я найду для тебя платье. Моя дочь предложила свое, поскольку ростом вы почти одинаковы.
Еще одно потрясение! Подумать только, Кристен делает что-то хорошее для нее, и это в довершение к тому, что леди Бренна приняла сторону Эрики, пошла против сына, заставила его снять цепи. Может, все из-за свадьбы, ведь теперь она, хотя и против воли родных Селига, станет членом его семьи. Но, скорее всего, их доброта не продлится долее сегодняшнего дня.
Оставив девушку одну, Бренна направилась в покои дочери. Эрика судорожно сжала цепи в кулаке, На несколько мгновений она снова стала свободной, такой, какой ей, возможно, никогда уже не быть… Да, цепи упали, но это не значит, что можно сбежать от предназначенной ей судьбы, она по-прежнему в ловушке.
Эрика непривычно широкими шагами вернулась в спальню Селига, но не подошла к сундуку, чтобы положить туда цепи, а вместо этого подбежала к окну и швырнула их во двор, радостно улыбаясь впервые с тех пор, как покинула родной дом.
– Думаю, это прекрасно подойдет.
Обернувшись, Эрика увидела Бренну. Нижнее платье с длинными рукавами, светло-голубого оттенка в тон ее глазам, было перекинуто через руку. В другой руке Бренна держала верхнее платье цвета полуночного неба, из дорогого бархата, так ценимого королями. Разрезы по бокам, подол и глубокий круглый вырез были отделаны серебряной тесьмой. К этому наряду полагался прозрачный головной убор с серебряным, усаженным крупными сапфирами венчиком, чтобы удерживать его на голове. Широкий пояс из шелковой парчи тоже был отделан серебряной тесьмой.
– Это слишком дорогой наряд, - мягко, но восхищенно выдохнула девушка.
– Только не для такого случая. Нужно соблюдать приличия, несмотря на обстоятельства. И я слышала, как король саксов сказал, что сам проводит тебя к жениху.
"Почему бы и нет, раз именно он виноват в этой злой насмешке!” - подумала Эрика, но не сказала этого вслух, а постаралась как можно скорее одеться по настоятельной просьбе леди Бренны и, как ни удивительно, с ее помощью. Мать Селига даже уложила ей волосы, расправила прозрачную вуаль и ущипнула за щеки, чтобы они не казались такими бледными.
Эрика хотела вновь поблагодарить даму, но нашла для этого немного странный способ:
– Могу только пожалеть, что вы вырастили такого мстительного сына.
Бренна едва заметно улыбнулась:
– Ни одного из моих сыновей нельзя назвать мстительным. Когда сама поймешь это, поединок между тобой и Селигом закончится.
Эрика никак не могла взять в толк, что имеет в виду леди Бренна, но сегодня и без того все происходящее не имело смысла, особенно решение Селига жениться на ней.
