Она написала ей о том, что сожалеет о невозможности быть рядом с ней в столь важный для Анны день и передает ей свои поздравления и пожелания счастья и благополучия. В конце письма Наталья приписала несколько строк: «Аннушка, умоляю тебя, расскажи Алексею о сыне. Он человек гордый и если узнает обо всем из чужих уст, боюсь, ему будет слишком трудно простить тебя и примириться с той ложью, что он услышал от тебя. С любовью, Натали».
Прочитав последние строки, Аня тяжело вздохнула. Конечно, права Наталья, но страх снова потерять его, был намного сильнее, чем желание открыть ему правду. После венчания, успокоила себя Анна, я скажу ему после венчания.
По традиции ночь перед свадьбой невеста проводила в доме своих родителей. От испытываемого волнения Анне не спалось. Почти всю ночь она не сомкнула глаз, ворочаясь с боку на бок на мягкой перине. Едва забрезжил рассвет, она поднялась. Впереди был долгий день, полный приятных хлопот.
Подойдя к гардеробной, Аня распахнула дверь. На вешалке висело подвенечное платье, шедевр портновского искусства. Чехол из газа, расшитый серебряной нитью поверх белоснежного атласа в точности напоминал морозные узоры на окнах. Легко коснувшись рукой этого великолепия, Анна закружилась по комнате. Счастливая улыбка не сходила с ее лица. Сегодня, она станет его женой. В дверь тихонько постучали. Вошла ее горничная Ксения, неся на подносе легкий завтрак.
- Как хорошо, что встали уже Анна Никитична, - улыбнулась она. – Матушка Ваша уже велела приготовить ванну для вас. Времени у нас не так уж много. Через два часа экипаж уже подадут.
Два часа пролетели как одно мгновение. И вот, обозревая в зеркале плоды усилий своей камеристки, матери и известной модистки, Анна с трудом узнавала в воздушном видении себя. Осторожно ступая, она спустилась в холл особняка, где ее ожидал отец, чтобы отвезти в церковь.
Алексей и Анна венчались в Преображенском соборе. В храме было полно народа: родственники, друзья, знакомые и просто любопытные, пришедшие поглазеть. С замиранием сердца, Анна подошла к жениху и встала рядом с ним перед алтарем.
Подошедший священник вложил в руки жениха и невесты зажженные венчальные свечи. Молоденький дьячок, стоя рядом со святым отцом держал серебряный поднос с кольцами. Словно сон, мелькнула мысль в голове, не дай боже ей сейчас проснуться. Священник начал обряд, утих шум толпы за спиной. Четко слышалось каждое слово, произносимое под сводами собора.
«Венчается раб Божий Алексей рабе Божией Анне во имя Отца и Сына и Святаго Духа, аминь.»
Мария Антоновна, стоя радом с матерью Алексея поднесла к глазам кружевной платок.
- Полно тебе, Мари, - улыбнулась Софья Алексеевна, - Радоваться надобно.
- Я рада, - тихо прошептала баронесса, - Ты даже не представляешь себе, как я рада.
Алексей несколько раз бросал украдкой взгляды в ее сторону. От его мальчишеской улыбки у Ани перехватывало дыхание.
Служба подошла к концу. Откинув с лица своей теперь уже жены прозрачную вуаль, Алексей коснулся легким поцелуем ее губ. Ему хотелось прямо здесь стиснуть ее в объятьях и больше не отпускать от себя ни на шаг. Последние три дня, что они не виделись, он с ума сходил от желания поцеловать ее, прикоснуться к ней. Впереди прием, свадебный обед, поздравления, как найти в себе силы дождаться вечера, когда они останутся наедине?
После венчания Алексей настоял на том, чтобы жить в доме, когда-то принадлежавшем его деду по матери. Он и слышать ничего не хотел о том, что имело бы хоть какое-то отношение к покойному супругу Анны. Спустя неделю после переезда Аня взялась за обустройство детской. Застав ее в комнате, где уже начали ремонт, Алексей решил, что настало время поговорить о ее ребенке.
- Аня, мне бы хотелось говорить с тобой прямо сейчас, - начал он.
- О чем? – улыбнувшись, спросила она, отвлекаясь от увлекательнейшего занятия - выбора обивки для мебели.
- Я бы хотел отправить Сашу в деревню. Там будет кому за ним присмотреть.
Анна нахмурилась.
- Но почему?
Воронцов тяжело вздохнул.
- Да потому, что всякий раз, стоит мне его увидеть, я вижу перед собой его отца! – вспылил Алексей.
Аня закрыла лицо руками. Надо было сказать ему, ох, надо было! Зачем же она столько медлила? И как быть теперь? И все-таки она решилась.
Осторожно подбирая слова, она произнесла:
- Дело в том, Алексей Васильевич, что граф Зотов не приходиться ему отцом.
- То есть как это? – удивленно спросил Воронцов.
- А Вы еще не поняли? – ответила вопросом на вопрос Анна.
Когда смысл сказанного ей начал доходить до его сознания, Алексей замер. Он испытал настоящее потрясение. А ведь все верно, маленькому Саше сейчас полтора года, и он вполне может быть его сыном. Воронцов молчал. Не было таких слов, чтобы передать его чувства в этот момент.
- Как ты могла? - наконец, тихо спросил он, - Как ты могла солгать об этом? Ты хоть понимаешь, что ты сделала? А может, ты и сейчас лжешь? Чтобы оставить его при себе.
Видя его в таком состоянии, Анна испугалась. Алексей был не просто зол, он был в ярости.