Она не знала, поймет ли он суть ее вопроса. Боялась, что он ответит что-то типа: «Просто у меня было свободное время!» – или даже «А почему бы и нет?», но Костя тихо проговорил в самое ее ухо:
– Затем, что об этом попросила ты. Я выполнил бы любую твою просьбу. Понимаешь, абсолютно любую…
– Но почему? – Девушка подняла к нему лицо и наконец заглянула в глаза.
– Потому что люблю. И даже неважно, с кем ты – со мной или с кем-то другим. Больно, конечно, но эту боль можно терпеть. Главное – знать, что ты счастлива. – Даше казалось, что из глубины его глаз брызжет свет, и этот свет затопил ее целиком – с ног до головы – так, что сама она стала им – его светом.
– Тогда будь со мной, – шепнула она. – Ведь мое счастье – это ты.
А музыка все лилась и лилась – без пауз, без сбивок, одна композиция плавно перетекала в другую. И словно отвечая, аккомпанируя мелодии, шелестели кронами старые деревья, в их ветвях перекликались просыпающиеся птицы, а над прудом, отражаясь в прозрачной воде розовыми бликами, занимался рассвет.
