— Очень многое. При регулярных занятиях ты быстро научишься полностью расслабляться и очищать сознание. При этом постепенно последствия всех стрессов будут уходить одно за другим. Это часто сопровождается непроизвольными судорожными движениями. Считается, что так можно очиститься от всех стрессов вплоть до родового, и оздоровить организм. Кроме того, человек становится очень спокойным, улучшается память и уменьшается потребность во сне.
— А мантры?
— Обычно мантру ученику дает учитель. Как он определяет, кому какая подходит, я в книгах не нашла, может, от балды. Все остальные, у кого нет своего учителя, берут мантру о-ммм или ау–ммм, кому что нравится.
— И ты всерьез предлагаешь мне этим заниматься?
— Ты меня любишь? Значит, должен верить тому, что я говорю. Если мы на время расстанемся, то тебе станет плохо, и не только морально, но и физически. Ты хочешь, чтобы я из–за тебя переживала? Этим видом медитации во всем мире занимаются миллионы людей, ее результаты изучали серьезные научные центры. Не упрямься, есть вещи, которые никто за тебя не сделает.
— Солнышко мое ненаглядное! Ну что ты волнуешься, я для тебя вообще все, что хочешь, сделаю! А лежа можно медитировать?
— Ты это не для меня, а для себя должен делать! А заниматься лежа медитацией можно только в том случае, если у тебя бессонница. Обязательно впадешь в медитативный сон, который перейдет в обычный. В результате просто продрыхнешь без всякой пользы. А если ты у нас ради меня на все готовый, то садись прямо в кровати спиной к ковру и медитируй. Когда подойдет время, я тебя толкну.
Через двадцать минут она растолкала заснувшего мужа.
— Вот лентяй! Ты и сидя умудрился заснуть! На будущее запомни, что вечернюю медитацию нужно делать раньше, а не перед самым сном.
— Здравствуйте, Виталий! — поздоровалась Ольга с Рыбиным, садясь в машину. — У меня большое желание сегодня разделаться с вашим списком. Как вы на это смотрите?
— Всем привет, — сказал Игорь, заглянув в салон. — Оля, двигайся.
— Я на это смотрю положительно, — ответил Рыбин. — Мне вчера шеф по этому поводу звонил, так что я успел договориться со всеми клиентами.
— И кто клиенты?
— У вас, дорогая Ольга, сегодня детский день. Все три клиента в возрасте не старше двенадцати лет. Первым делом поедем к сыну одного из директоров Центрального банка. Клиентом будет его внучка, которой недавно исполнилось два годика. Врачи не находят причин для отставания в развитии, но она до сих пор не умеет ходить, да и выговаривает только несколько слов. Малышка очень болезненная: не одна болезнь к ней прицепится, так другая. Мать нигде не работает, а то бы не вылезала из больничных. Кому они ее только не показывали, и все без толку. Нас должна встретить мать, которую зовут Надежда Николаевна. Это у нее второй ребенок, первый умер вскоре после рождения. Они в отчаянии, так что, в отличие от некоторых других, которых пришлось долго уламывать, сразу же согласились с предложением Рогожина.
В этой квартире Ольгу действительно сразу встретили с распростертыми объятиями, что было непривычно, но приятно.
— Заходите, пожалуйста! — мать девочки сама открыла им дверь, как только услышала, что прибыл целитель. — Мы о вас, Ольга Александровна, много наслышаны! Эти люди с вами?
— Да, Надежда Николаевна. Это мой муж, а это администратор. Где им можно посидеть, пока я буду работать с ребенком? И зовите меня просто Ольгой. Какая я вам Александровна?
— Тогда и вы меня просто по имени, — улыбнулась хозяйка. — Мужчин мы посадим в гостиной, а с вами пойдем в детскую.
— И как же нас зовут? — спросила Ольга малышку, которая посмотрела на нее из манежа с какой–то недетской грустью во взгляде.
— Оленькой нас зовут, — с любовью в голосе сказала Надежда. — Ваша тезка. Вы уж постарайтесь что–нибудь сделать, на нее просто все напасти сыпятся, а я уже просто не знаю, к кому обращаться за помощью. Поверите, перед ребенком стыдно: мать, а ничем не могу помочь! Если с ней что–нибудь случиться, я не решусь рожать в третий раз.
Ольга взяла стул, приставила его к манежу и села. Взгляд на девочку внутренним зрением привел в замешательство: аура ребенка представляла собой рваное серое образование с отдельными более темными включениями. Ольга даже для проверки оглянулась на Надежду, но аура матери была раскрашена чистыми яркими цветами. Девушка поднялась со стула и зашла с другой стороны манежа, чтобы осмотреть девочке спину. Чакры были почти не видны, а центральный канал, казалась, был набит черной икрой.
«Еще бы ей не болеть! — подумала девушка. — Удивительно, как она вообще еще живет!»
— У вашей дочери разрушен энергетический каркас, — сказала она матери. — Энергетика почти на нуле, я такого вообще пока не встречала. Попробую ее для начала немного наполнить энергией.
Попытка влить в ауру ребенка немного энергии привела к тому, что темные пятна в ней активизировались и начали расти в размерах.
«Они как паразиты, — мелькнула мысль. — А если попробовать их убрать?»
