У меня постоянно соскальзывали руки. Все чаще и чаще они скользили по торсу байкера, и я боролась с желанием заснуть. Тепло от его тела уже не греет. Я услышала несколько ворчаний и громких проклятий, когда он удерживал мои руки и возвращал их на место. Скоро это не поможет. Я упаду, и любая надежда на завершение этой адской поездки больше не будет иметь для меня значения.
Спустя немного времени мы съехали с шоссе, и перед нами возникли знакомые фонари и дороги Тонопы. Мы добрались. Я могу продержаться. Еще несколько минут.
Байкер не сказал ни слова, когда заехал на стоянку и остановился, заглушив двигатель. Он быстро повернулся в мою сторону. У меня не было сил спорить, когда он потянул меня вверх, и я упала ему на грудь. Мои ноги были словно сделаны из желе.
Он снял с меня шлем и окинул пронзительным взглядом. — Ты в порядке? Идти сможешь?
Кивнув, я оттолкнулась от его груди, покачиваясь. — Думаю, да.
Он не выглядел убежденным. — Я могу понести тебя.
Верно. Как будто это в порядке вещей. Сжав зубы, я покачала головой. — Нет. Я в порядке.
На этот раз он медленно улыбнулся, окинув меня взглядом, прежде чем взять меня за руку и быстро пройти в помещение. Громкая рок-музыка и многочисленные разговоры прекратились, когда мы переступили порог. Его рука ненадолго задержалась на моей и сжалась. Я почти поддалась искушению отстраниться, но лишь благодаря ему держалась на ногах, морщась от боли. Если в ближайшее время не сниму одежду, я буду мокрой с головы до ног.
Все взгляды в комнате устремились на крупного мужчину, стоявшего рядом со мной. Он стянул бандану и ухмыльнулся, наклонив голову к нескольким байкерам, собравшимся вокруг бара. По залу послышалось несколько криков и шуток. Видимо, он отсутствовал довольно долго, потому что к нему подходили люди, многие из которых хлопали его по спине и здоровались.
Байкер отпустил мою руку, принимая рюмку алкоголя, а я тем временем оглядела комнату, заметив бар, несколько бильярдных столов, кожаные диваны и телевизоры с большим экраном, прикрепленные к стене по периметру комнаты. Это было теплое и уютное помещение, что удивительно, учитывая простую внешность здания.
— Кто ты?
Я обернулась, столкнувшись лицом к лицу с монстром. У меня отвисла челюсть, глядя на огромного мужчину с гримом в виде черепа, глаза которого были погружены в темные дыры, а рот искривлен в злобной ухмылке. Испуганная, озябшая, уставшая и неспособная ясно мыслить, я отступила назад и врезалась в байкера, который привез меня сюда. Вокруг моей талии сомкнулась рука, и я услышала его рык.
— Оставь ее в покое.
— Думаю, тебе лучше объяснить, брат.
Двое мужчин столкнулись в поединке взглядов, пока я дрожала от страха, мои ноги вот-вот могли подкоситься.
— Она со мной. Конец дискуссии.
Байкер схватил меня за руку и быстро вывел из комнаты, не потрудившись больше ни с кем завязать разговор. Я не уловила, о чем он ворчал из-за громкой музыки, но услышала его явное недовольство.
Мы шли по длинному коридору, который разветвлялся в нескольких направлениях и имел ряд дверей. Байкер остановился у одной из них и достал из кармана ключ, чтобы отпереть дверь. Включил свет в комнате, затем повернулся и долго смотрел на меня, прежде чем заговорить.
— Снимай мокрую одежду. Я скоро вернусь. И никуда не уходи ни по какой причине. Я не шучу.
Интересно, может он разговаривать, не отдавая приказов?
Я не успела ничего ответить, как он выскочил из комнаты и захлопнул дверь, повернув ключ и запирая меня снаружи. Хотя знала, что это было сделано для безопасности, все равно расстроилась.
Чертов байкер.
Боди
— Какого хрена ты удумал? — рыкнул я, толкнув Раэля в грудь, как только вернулся в бар. То, что он был силовиком клуба, еще не значит, что должен совать нос в мои дела. Он напугал Сашу. Мне не понравился страх, застывший в ее глазах.
Раскатистый рев вырвался из его горла, и, вцепившись, мы врезались в бар, затем он нанес ответный удар, опрокинув стаканы с выпивкой, а братья разбежались в сторону.
— Ты бросаешь мне вызов?
— Да, черт подери, — ответил я, более чем готовый выплеснуть гнев.
— Завязывайте, ублюдки. — Грим стоял с обычным выражением лица — смесь юмора и раздражения. — Идите в церковь. Сейчас же. Время собрания в церкви.
В комнате раздалось ворчание и фырканье.
Лаки отозвал меня в сторону, кивнув в сторону Раэля, когда тот неохотно отошел. — Что случилось, брат? Ты, кажется, сильно нервничаешь.
Лаки, он же Дэниел, мой двоюродный брат. Он присоединился к клубу несколько лет назад. Лаки был одним из немногих, кому я рассказал о Сурайе и о всём том дерьме полгода назад. Когда «Скорпионы» напали на бар «Блэктоп» и Триш Грима едва не погибла, меня охватила такая ярость и жажда крови после того, как я увидел мертвое тело Сурайи на земле у ног Эйсида. Он убил ее, чтобы доказать свою правоту. Это было личное.
