– В организации мероприятий, – уже раздражаясь от ее бестолковости и своей легкомысленности произнес парень. Даниил, а его звали именно так, все больше сожалел, что поддался авантюрной жилке Олега. Это было хорошо в бизнесе, но только при условии, что он все до этого прагматично просчитывал, а сейчас? Ему было страшно подумать, каким крахом это все обернется.
– Есть небольшой, – произнесла вдруг она.
Алена не стала делиться, что это был домашний праздник на четверых человек пару раз.
Даня вдруг понял, как чувствует себя как приговоренный к смерти, которому дали надежду на замену казни на пожизненную каторгу.
– Насколько небольшой? – мазохистски продолжал он свой расспрос.
– Ну, – выдохнула Алена, пытаясь придумать, как подсластить пилюлю. Она вдруг испугалась, что раз деньги они еще не оплатили, то вполне могут дать ей отворот поворот. И вообще мысль, что ее могу обмануть вдруг неприятно кольнула мозг.
– А можно расписку? – вдруг попросила она.
– Какую расписку? – обалдел Даня. Он совершенно не понял, что она от него хочет.
– Расписку на сумму, о которой мы договорились, – вздохнув побольше воздуха произнесла Алена.
Выражение его лица заставило Алену попятится к двери, и уж точно не предвещало ничего хорошего для нее. Но неожиданно Даня резко направился к столу, где лежали листы белой бумаги и стояли ручки. Быстро взял один чистый лист, что-то написал и протянул ей.
– На. Вот расписка. А ты напиши данные для аванса, – и протянул ей второй лист.
Алена подошла к столу, поспешно, трясущимися руками, кое-как начеркала на бумажке номер. Даня наблюдал за ней, затем прищурился и тише, но более угрожающе произнес, все еще держа в руке расписку:
– Но если то, что у вас получится, будет хоть немножко хуже ожидаемого мной за такие деньги, то я позабочусь, чтобы оставшаяся половина досталась вам намного сложнее.
Алена взяла дрожащей рукой бумагу, боясь приблизиться к нему. Он же на этих словах, уже не в силах сдержаться, направился к двери, а резко открыв ее, почти столкнулся нос к носу с Олегом, который хотел войти.
– Дань, ты чего? – выдохнул Олег удивленно.
– Давай ты сам дальше. Идея твоя, вот ты с ней и разбирайся, – почти прошипел друг и стремительно вышел из конференц-зала.
– Девушка, что вы сделали с моим таким всегда спокойным другом? – поинтересовался вполне доброжелательно, но настороженно Олег.
– Это он то спокойный? – удивленно произнесла Алена, у которой от страха до сих пор стучало сердце и тряслись поджилки.
– Ничего я с ним не сделала, – пролепетала она, – скорее наоборот. Да он сам с кем хочешь что угодно сделает!
Ей почему-то показалось, что не стоит упоминать о расписке. Она вдруг испугалась, что и Олег поступит также.
– Странно это все, – пробормотал тот. – ладно, вот. Это вам, – сказал он и протянул ей тонкую, но набитую бумагами, папку.
– Что это? – выдохнула Алена.
– Это то, что мы обсуждали с вашей предшественницей. Тут примерный план и данные о сотрудниках. Ну там возраст, пол. Чтобы было легче понять, какие мероприятия будет лучше и когда.
– Ох, – выдохнула Алена, вдруг осознав, за какую непосильную задачу она взялась, а в ее ушах так и стояла угроза Дани.
– Ну что вы стоите? – вдруг немного жестче сказал Олег, видя, как она замерла на месте. – У вас нет времени расслабляться. Первое мероприятие уже через… – и он посмотрел на часы, – тройку часов.
– Через сколько???
В ее глазах был ужас.
– Дерзайте, Алена, – сказал, улыбнувшись, Олег и неспешным шагом вышел из конференц-зала, оставив девушку в оцепенении ужаса содеянного.
Алена почти полностью онемевшими руками держала папку, пока на деревянных ногах шла в свой номер. Когда она, все еще пребывая в том же оцепенении, села на кровать, то невидящим взглядом уткнулась в стену и тихо пробормотала:
– Интересно, а что со мной сделают, если я не справлюсь? Ведь физическое рукоприкладство, даже угрозы, вроде как уголовно наказуемы? Его же тогда должны посадить или что там делают в таком случае? Вряд ли он захочет сидеть на Рождество в кутузке…
Девушка тяжело вздохнула, а воображение тем временем рисовало ей всевозможные варианты расправы над ней Дани в случае провала, и делало это, как назло, все красочнее и изощреннее. От этого ее сердечко билось все чаще, а желание приступить к продумыванию программы, которую она должна было подготовить уже через меньше, чем через три часа, таяло с каждой секундой.
И не испытывая особенных надежд по поводу своей дальнейшей ближайшей судьбы, она тяжело вздохнула, затем обреченно взяла телефон, и включила его, чтобы позвонить Мише. Вдруг ей пришло сообщение о поступлении аванса, обещанного Даней.
