Увлекая за собой невесту, Трандуил посмотрел на Ивви и усмехнулся, завидев, как на светловолосую дриаду смотрит Леголас. Неожиданно владыка Зеленолесья рассмотрел на лице отпрыска лёгкую обиду. Словно он надеялся, что букет всё же прилетит Ивви.
Крепись, сын, – с усмешкой подумал Трандуил, прислушиваясь к тому, о чём щебечет супруга. – С дриадами просто не бывает.
После банкета, молодожёнов проводили в покои. Точнее, проводили Трандуила – он нёс благоверную на руках, пока дриада прилагала титанические усилия, чтобы не заснуть.
За ними закрыли двери и оставили в покое.
Дойдя до роскошной кровати, Трандуил опустил свою драгоценную ношу на подушки и навис над ней, глядя в сияющие серо-голубые глаза. Алалия оплела руками его шею и мягко потянула на себя, взглядом моля поцеловать её. Владыка лесов не отказался и накрыл желанные губы поцелуем. Но разорвав поцелуй, не спешил продолжить.
Любимый?
Не сегодня, свет моей жизни, – с сожалением покачал головой Трандуил. – Наша первая брачная ночь должна пройти под сводом деревьев, а не среди безжизненных камней.
Владыка лесов отстранился и присел на кровать, стягивая с головы венец. Он вертел его в руках, пока Алалия продолжала лежать на спине, глядя в потолок. Трандуил не смотрел на неё, а потому вздрогнул, когда за его спиной раздался всхлип.
Любовь моя…
Не надо, – покачала головой дриада, утирая слёзы и садясь. – Я сама виновата. Настояла, чтобы мы поженились здесь, а не дома. Могла и потерпеть. Или наоборот…
Продолжить самобичевание ей не дал Трандуил. Он перетащил её к себе на колени и, не давая опомниться, впился в губы поцелуем, сминая и покусывая, тут же проводя языком по укусам, таким образом извиняясь. Проведя ладонями по спине, он опустился к ягодицам и стиснул так, что Алалия всхлипнула. Когда же девушка ответила на поцелуй, владыка Зеленолесья чуть отстранился, заглядывая в затуманенные глаза любимой.
Если мы продолжим, моя королева, то уже не сможем остановиться. Я не смогу остановиться.
И что же делать? – прерывисто дыша, спросила дриада.
Я хотел бы, чтобы мы выехали домой сейчас же, но не хочу будить весь город только потому, что нам не терпится запереться в спальне на день, а может даже не на один.
Оу, – дева леса Памяти смущённо хихикнула, не зная, что делает с супругом. – Всё так серьёзно?
Ты против?
Не то чтобы. Но не потеряют ли нас придворные?
Я оставлю заместителя и с чистой совестью уволоку тебя в лес, – прошептал на ушко возлюбленной владыка лесов и не без удовольствия заметил, как по телу супруги прокатилась волна дрожи. – Мы спрячемся ото всех…
Звучит слишком изумительно, чтобы быть правдой, – вздохнула Алалия, проводя ладонями по щекам супруга, а после зарываясь пальцами в волосы. – Моя стая, если захочет, всё равно нас отыщет. Да и об остальных забывать не стоит. Если Ивви захочет, она нас из-под земли достанет, любовь моя. Хотя, думаю, мне удастся с ней поговорить.
Трандуил поправил её на своих коленях, чтобы она не ощутила, какое действие оказывает на него.
Но своими действиями он, скорее, наоборот обратил её внимание на свою проблему. А иначе как объяснить полыхнувшие огнём уши и щёки, а так же то, что она закрыла лицо руками и попыталась сползти с колен возлюбленного?
Попытка побега была пресечена, и владыка Зеленолесья обхватил супругу руками, не прижимая, однако, слишком близко. Удерживая возлюбленную рукой, второй он мягко отвёл ладони супруги от лица и поймал взгляд из-под ресниц.
Свет моей жизни, тебе нет нужды бояться. Ты прекраснее света и всех драгоценных камней мира. Но я не посмею овладеть тобой здесь, в лишенном жизни каменном замке. Я знаю, тебе будет плохо здесь. Поэтому завтра же мы отправимся домой. Едва рассветёт, мы двинемся в Зеленолесье.
Я верю тебе, – тихо проронила Алалия, глядя в глаза любимого.
Как и обещал Трандуил, они двинулись в обратный путь на рассвете. От Гондора до Зеленолесья путь был не близкий, но быстроногие эльфийские лошадки мчались вперёд, стремясь оказаться в родных стойлах как можно скорее. Сильвер, на котором ехал владыка Зеленолесья, то и дело косился на белого жеребца, в седле которого восседала обладательница длинных волос цвета меди. Да и сам наездник нет-нет, да глянет на возлюбленную.
Едва они приехали домой, завертелась круговерть. Невесту утащили портнихи, причём вместе с сестрой; жениха же сопроводили в опочивальню – мыться, готовиться, переодеваться.
Алалия, посетив бани, приготовилась к экзекуции. И она не заставила себя ждать. Сперва у неё забрали кольцо и унесли куда-то, а после заставили обнажиться.
Подобрав волосы, на неё натянули нижнюю рубашку, а затем платье. Золотой поясок на бёдрах, как символ будущей матери, наплечники, от которых тянулся длинный шлейф, вышитого явно вручную. Чуть выше предплечий – золотые браслеты, придерживающие длинные и излишне широкие рукава.
