Я тоже опустилась в кресло, только стоявшее рядом с окном. Кевин все также с любопытством следил за моими передвижениями, но приблизиться не пытался. Интересно, если позвать на помощь, телохранитель отреагирует? Или будет бездействовать, как и в момент, когда ко мне в комнату без стука вошёл мужчина? Пускай тот и хозяин здесь, но о приличиях забывать не стоит, как и о безопасности.
— О да, живот настоящий, — согласился Кевин, — но это было бы феноменальной наглостью с твоей стороны пытаться подсунуть нам подушку. Завтра мы съездим в клинику, доктора проверят срок и состояние плода, надеюсь, он и в самом деле от Дона. Братец был славным парнем, я не откажусь растить его продолжение.
Малыш заворочался еще сильнее, все еще голодный и измученный долгим перелетом. Я погладила живот и подвинула к себе вазу с фруктами. Не очень понимаю, к чему клонит Кевин, но пока не знаю, как от него отделаться.
— Вначале вы покажете дипломы и прочие документы этих докторов. И клиника должна быть крупной и известной, чтобы я провериле ее через интернет. И да, мистер Хэйс, вас в кабинете не будет. Иначе мы с малышом первым же рейсом улетим обратно в Россию.
— Сбавь обороты, Лютик! Не в твоем положении выделываться, — Кевин чуть наклонился вперед, вцепившись пальцами в подлокотники. — Ты нужна всем ровно до того момента, пока носишь в животе нашу компанию. Дальше мне ничего не будет стоить выставить тебя сумасшедшей или наркоманкой, оформить опеку над младенцем и забыть, что в нашей жизни случилась чокнутая русская баба. И если за тобой, Хелен, в самом деле не стоит русская мафия или разведка, противостоять мне ты не сможешь. Одна, в чужой стране, без связей, без друзей…
— О, один друг у меня все же есть, — не знаю, можно ли так назвать Гаррета, но других знакомых в Ирландии у меня точно не было.
— О’Келли? Я потом покажу кое-что, — усмехнулся он. — И один чокнутый страж ничего не сделает Хэйсам. Отсюда мое предложение: после рождения младенца, если экспертиза в самом деле подтвердит отцовство Дона, мы поженимся. Это логично и выгодно нам обоим: безопасность и куча денег для тебя, компания и капиталы для меня. Вы с младенцем сможете жить по полгода в России, так даже лучше. В остальное время будем изображать семью. Это не сложно. Ты ничего, а главное — не такая дура, как я боялся, мы сможем поладить. Даже наладим сексуальную жизнь, точно настоящие супруги. Возможно, родим ещё пару-тройку детишек.
— Если я сделаю грудь?
— Мне было бы приятно, но сойдёт и так. Я не привередлив в плане женщин: главное, чтобы не брыкалась, а внутри была горячей и влажной, — от его мерзкой улыбочки мороз по коже. Кевин в самом деле родственник тихого и деликатного Дона? Или мой фэйри тоже умел быть таким же жёстким?
И дальше спокойно выносить речь Кевина было почти невозможно. Поэтому я встала и подошла к большому панорамному окну, отодвинула штору и поглядела на мир за стеклом. Дождь лил так, что прибивал к платам террасы размашистые листья стоящих там растений, топил все в воде и серости, лишал веры, что когда-нибудь вернётся солнце.
— С таким подходом, ваша женщина не обязательно должна быть живой, мистер Хэйс, — все же ответила я. — И менять размер груди ей можно будет под настроение.
— Я пришел к тому же выводу, когда бывшая нарисовала себе синяки и обвинила меня в насилии, чтобы на волне разгоревшегося скандала заполучить выгодный контракт. С тех пор предпочитаю договорные отношения с надёжными партнёрами, а не всю эту любовную чушь. Но я не полный мудак, поэтому рассмотрю все твои пожелания насчёт переделок моей внешности.
И подмигнул. Нет, пожалуй, пожеланий у меня не было, Кевин и так выглядел неплохо, в теории мы могли поладить. Если бы не его слова о том, что иначе я останусь без ребенка.
— Чтобы ты поняла, Хелен, я описал всего лишь одну из возможных схем. Так могу поступить я или любой другой мудак, который задурит тебе головуя женится и решит прибрать к рукам компанию. Нашу с Доном компанию. А мы слишком долго стоили ее, чтобы так просто отдать, поэтому можешь забыть о честной игре и том, что твое мнение интересно кому-то кроме мамы.
Кевин развел руками, будто извиняясь. Кажется, даже в его глазах промелькнуло что-то такое… непонятное. Тень сожаления или извинений, которую, скорее всего, выдумала я. Как Дон мог втянуть в эту историю нас с малышом? Зачем?
- Но если мы поладим и договоримся обо всем, — Кевин подошел ближе и похлопал меня по плечу, слишком надолго задержав взгляд на расползающихся полах халата, — обещаю стать неплохим мужем. И грудь… к дьяволу ее. Ты и так неплохо выглядишь, ноги так просто великолепны. Фитнес? Танцы?
— Не изучили мое досье? — я повернулась так, чтобы смотреть ему прямо в глаза. — Неосмотрительно, мистер Хэйс. Это помогло бы вам удержаться от необдуманных угроз. А пока простите, мне нужно одеться к ужину, и вряд ли дородовый бандаж также сильно взбудоражит вашу фантазию, как мои ноги.
