Может быть потому, что я не верю в реальность того, что произошло? Или потому, что мне бы очень хотелось все повторить, но я понимаю, что мне нельзя? Или может быть потому, что я испытываю к Егору Дмитриевичу не просто легкую симпатию и влечение?
Горькая, неприятная обида расползалась внутри меня, покрывая жесткой коркой сердце. Неужели я влюбилась? Неужели наша близость «раскрыла» мне глаза?
Но ведь мне нельзя любить! Нельзя испытывать хоть какие-то сильные чувства ни к кому на свете.
Егор Дмитриевич. Егор.
Какими теперь будет наши отношения?
Кто знает ответ?
Незаметно для себя уснула и проснулась от того, что Игнат звал меня. Звал маму.
В воскресенье у Ольги Ивановны был выходной, но в субботу она заранее наготавливала чуть больше еды, однако по-утрам я любила готовить для Игната овсяную кашку, которую он с удовольствие уплетал или ароматный омлет, который тут же сметался с тарелки. Вот и сегодня мы возились с ним на кухне: я у плиты, а он играл кастрюлями и поварешками, отчаянно лупася по дну кастрюли. Быстро привыкнув к громкому звуку, даже не расслышала, как возле меня вдруг раздался сонный, хриплый мужской голос.
– Доброе утро, Варенька. Куда же ты сбежала от меня?
Вздрогнула, и миллионы острых иголочек принялись покалывать мою кожу. Я была взволнована, дыхание перехватило, но я смело посмотрела в глаза Егору, отчаянно боясь увидеть там…холод.
Тепло и желание. Вот что я там увидела. И меня как будто холодной водой окатили и пришло резкое облегчение. Мужчина стоял в сантиметре от меня, и я чувствовала его горячее дыхание, ощущала его силу, его энергетику.
А потом он быстро приблизил свое лицо ко мне и смачно, звонко, страстно поцеловал в губы.
– Больше не убегай от меня, Варенька. Просыпаться с тобой было бы особенно приятно.
Пока я стояла пораженно хлопая ресницами, Егор Дмитриевич наклонился к Игнату, который уже успел побросать свои «игрушки» и тянул отца за спортивные штаны, требуя, чтобы и ему уделили внимание. Я лишь мельком взглянула на мужчину, и быстро опустила глаза, потому что торс Егора был обнажен и теплая волна желания тут же накатила, притупляя разум.
– Привет, красавчик! Как ты поспал? Готов отправиться на прогулку?
Прогулку???
Я удивленно посмотрела на своего босса. А он заметив мое недоумение, лишь улыбнулся и весело подмигнул мне.
– Я предлагаю позавтракать и прогуляться по парку, а потом пообедать в одном веселом детском месте.
Я не верила своим ушам. Егор хотел провести полдня с нами?
– Варенька, все твои эмоции написаны у тебя на лице. – мужчина улыбнулся и неожиданным движением руки прикоснулся к моей щеке. Я замерла, не в силах ни с двинуться с места, ни сказать что-нибудь. – Ночью было прекрасно. Очень жду, когда Игнат уснет, и…
Договорить он не успел, потому как Игнат заверещал на своем детском языке.
– Яйа, яйа!
Егор Дмитриевич удивленно глянул на сына, а потом на меня. А я просто улыбалась, как дурочка. Потому что, вся эта утренняя картина больше напоминала то, чего бы мне хотелось иметь больше всего на свете – семью!
– Что это значит, сын? – Егор Дмитриевич подхватил Игната на руки.
– Яйа, Яйа! – продолжал восторженно хлопать в ладоши мальчишка.
– Это яйца. – я отставила сковороду с омлетиком, который как раз и приготовила для Игната. – А еще, он называет их яйки. За последний месяц его словарный запас очень сильно расширился. Игнат знает уже двадцать семь слов. Хотя конечно, произносит их на свой манер, но смысл и значение понимает. Он смышленый очень!
Я говорила с такой гордостью и любовью в голосе, будто Игнат был моим родным сыном, и каждое его, даже самое незначительное достижение, было огромным счастьем для меня.
– Ого! – подивился Егор Дмитриевич и поцеловал Игната в щечку. – Молодец, сынок! Так держать!
И от этой всей идиллии, от этого умиротворения, радости, что буквально разрывала меня на части, на мгновение перехватило дыхание и сердце замерло. Поэтому что, сейчас я была счастлива. По-настоящему, искренне, открыто! С этим мужчиной и этим ребенком!
***
Егор
Улыбался как дурак. Смотрел на монитор, но совершенно не понимал, что там изображено. Зато улыбался.
Мда, клиника по мне плачет.
Последние дни я все время ходил с таким дебильным выражением лица, что сам себя бесил страшно. Но ничего не мог поделать.
И ведь во всем виновата она. Варвара.
Варенька. Варя.
Черт, вот только имя вспомнил, а в паху уже все тянет. Пришлось оттянуть брюки и сесть по-другому.
Она действовала на меня как… Даже не знаю, с чем сравнить!
Я хотел ее все время. И не просто физически, нет. Это было бы легко и просто преодолеть – просто снял девочку в любом баре и получил разрядку. Но нет.
Варвара прочно засела в моей голове. Мне нужна была она. Чтобы просто находилась рядом, даже если возится где-то с Игнатом, но все равно рядом. Мне необходимо было слышать ее голос, ощущать ее присутствие, вдыхать ее аромат.
Она… была нужна мне! Именно она и никто другой.
Как же так случилось? Почему это произошло?
