— Попробуй найти в себе себя настоящую, Инн. Я верю в тебя. Просто сама постарайся. За тебя никто этого не сможет сделать. Да, мне больно от того, что ты такое сделала. Но тебе сейчас больнее. Слава богу, Инна, что все остались живы!
— Да, верно.
— Рада, что ты это понимаешь. Главное, чтобы искренне. Попробуй поговорить с собой предельно честно. Да просто поговори сама с собой, порассуждай. Скорее всего, на какие-то вопросы ты и сама найдёшь ответы. Внутри себя.
— Спасибо, Жень. Прости, — Инна подняла голову наверх и шмыгнула носом. — У меня нет подруг. И кроме тебя и не было никого.
— Ты общением со мной пыталась закрыть дыру в своей душе? Давящее одиночество?
— Да-да, что-то такое. Но теперь я понимаю, что ты подруга на самом деле. Катя мне не подруга. Я просто знаю её давно и жалею. Она слабее меня, а мне всегда нужна была видимость заботы о ком-то. Именно видимость, потому что искренне я заботиться ни о ком, кроме Дениса, не хотела. Но потребность видеть себя нужной была. А в итоге всё получилось совсем не так, как планировалось, как хотелось. Потому что намерения мои были весьма недобрыми, конечно. Да это вроде понятно, но внутри переполняют такие чувства… Я не могу подобрать слова, чтобы описать их. Но думаю, ты понимаешь. Только ты и понимаешь.
— Кстати, с днём рождения!
— Спасибо! Ты подарила мне этот разговор, это важно было для меня, поэтому, действительно, спасибо.
Женя внимательно слушала. Вдруг загремела тяжёлая дверь.
— Время вышло.
— Да, спасибо. Инна, держись. Давай, ты сможешь. До свидания.
— Спасибо, Жень. До свидания.
— Я ещё приду.
— Хорошо.
Женя вышла на свежий воздух, и ей показалось, что она сейчас пересекла границу каких-то разных миров. Здесь, снаружи, дышалось легко и чувствовалось движение жизни. А там… там было душно, давили сами стены и мысли тех, кто там находился. Казалось, мучительные думы каждого обвиняемого сплетались в одну общую тёмную, мрачную тучу, наполненную болью и печалью. Кто-то считал себя героем, кто-то просто правым, а кто-то — виноватым. Всё это перемешивалось и не давало покоя, навевая тревогу и беспокойство даже для того, кто оказывался там всего на несколько минут.
— Жень, ты как? Всё нормально? Как прошло?
Андрей быстро вышел из машины и буквально подлетел к Жене. Вид у неё был растерянный и печальный.
— Я на удивление нормально. Разговор состоялся. Было чего мне послушать. Пища для размышлений есть. Знаешь, а я ей за нас благодарна.
Женя подняла голову и посмотрела Андрею в глаза. Если б не её эти интриги со знакомствами, мы бы и не встретились.
— Точно. Только она нас подожгла. И ещё всяких дел натворила.
— Это да. Но все живы, слава богу.
— Это и ей, и им повезло, и нам.
— Разгребать ей теперь… Действительно, понаделала делов. Как ты думаешь, Андрюш, а такой человек может всё осознать, раскаяться?
— Не знаю. Но доверять бы ей я не стал больше ни за какие коврижки. Домой?
— Давай в церковь заедем? Пожалуйста!
— Да любой каприз за твою улыбку!
— Спасибо, Андрей, ты герой! — звонко сказала Женя, садясь в машину.
— Ну, если съездить до церкви — это героизм, то да! — засмеялся он в ответ и завёл автомобиль.
Церковь стояла на небольшом холме, с которого открывался потрясающий вид на город. Речка, геометрия улиц и парков, ленты извивающихся и сплетающихся дорог. Там внизу был шумный город, он гудел и суетился. А здесь, на этом холме, у стен белокаменной церкви с красивыми высокими окнами и блестящими куполами, становилось тихо, спокойно и даже уютно. Женя накинула на голову свой палантин. Андрея она попросила подождать снаружи.
Внутри церкви был ещё один уникальный мир, наполненный своей особенной атмосферой. На входе, в торговой лавке, Женя купила две свечи, потом прошла дальше, в зал с множеством икон и стойками для свечей. Впереди виднелся алтарь. К Жене подошла маленькая пожилая женщина в косынке.
— Доча, помощь нужна? — очень ласково спросила она, заглядывая Жене в лицо снизу вверх.
— Да, спасибо. А можно с батюшкой поговорить?
— Сейчас узнаю, обожди здесь.
— Большое спасибо! — шёпотом ответила Женя удаляющейся милой старушке.
В интерьере церкви было что поразглядывать, коротая ожидание. Иконы разных размеров, росписи на стенах и даже на некоторых окнах, резные деревянные скамьи, массивные красивые двери. А какой был в церкви запах! Его Женя любила, хотя гостьей была в этом месте нечастой.
Женя услышала тихие шаги за спиной и повернулась, перед ней стоял мужчина в рясе и с бородой.
— Здравствуйте, Батюшка! — Женин голос звучал растерянно.
— Вижу, у Вас случилось что-то? — в ответ на приветствие мужчина кивнул.
