Мы с Дедом Морозом обратили свои взоры на Оленя. Выглядел он, прямо сказать, неважно. Нет, в целом он был очень красивый: весь золотой, с роскошными рогами, меж которыми искрились звезды, с крепкими широкими копытами. Но вот выглядел он истощенным, местами на его боках виднелись вмятины и царапины, словно позолота облезла. Заметно опавшие бока тяжело вздымались, а глаза были тусклые и усталые.
— Испугался? — устыдилась я. — Прости, я не нарочно…
— Ничего и не испугался, — насупился Олень. — Наоборот, обрадовался! Хоть отдышаться можно да подкормиться. Этот же старый хрыч мне отдыха вовсе не дает, загнал совсем…
— Это он про меня, — смущено пояснил Дед Мороз. — Знаю за собой такой грех, увлекаюсь я, обо всем забываю…
— Ты бы песню выучил: «Ямщик, не гони лошадей», — со всей возможной язвительностью посоветовал Олень. — А то вот паду я от голода и перегрузок, и некуда тебе будет больше спешить…
— Да я понимаю… — виновато развел руками Дед Мороз. — Но вот как начну подарки раздавать — так и не могу остановиться.
— А вот я как раз хотела спросить, — вмешалась я, — какие подарки, кому? Новый Год уж неделю как закончился!
— А я круглый год их раздаю, — простодушно признался Дед Мороз. — И на Новый Год, и на Восьмое Марта, и просто так, на каждый день.
— Зачем??? — не поняла я.
— Ну как зачем? Мне процесс нравится. Люди поймают — радуются, счастливы, ну и мне от этой картины хорошо. Пока круг сделаю, всем подарки закину — глядишь, уже и снова тех, первых, пора одаривать. Да и новые адресаты за это время образовались, их тоже одарить поскорее хочется.
— А меня тебе одарить не хочется? — подал голос Олень, который старательно выщипывал из-под снега какую-то травку или мох прошлогодний. — Я ж твое средство передвижения, твой энергетический ресурс! Обо мне в первую очередь заботиться надо!
— А если ваш олень, ну, того… падет?! Действительно, как вы тогда будете подарки раздавать? — заинтересовалась я.
— Ну, сам в оглобли впрягусь, — неуверенно предположил Лед Мороз.
— А ты попробуй, — сердито буркнул пасущийся Олень.
Дед Мороз, кряхтя, с усилием поставил опрокинутые сани на полозья, водрузил свой мешок, взялся за оглобли и попробовал двигаться вперед.
— Ох… Тяжелые! — сокрушенно покачал головой он. — Не-е-е, так я далеко не уйду. А еще ведь подарки закидывать надо, в мешок постоянно нырять. Я ж Дед Мороз, а не осьминог какой, у меня рук всего две.
— Ну то-то, вспомнил хоть, кто тут двигатель, а кто пассажир, — удовлетворенно отметил Олень. — Много ты без меня наволшебишь, как же…
