Они вместе наращивали темп, стараясь забыться. Гермиона вновь расправила дужки очков и умудрилась одну дужку ввести во влагалище, а вторую — в растянутый и предварительно увлажнённый анус. Она наслаждалась этой игрой, ей нравилось это безумство — ни о чём подобном она и мечтать не могла. Грудь Скитер тряслась всё быстрее и быстрее, и Гермиона в порыве страсти пыталась ухватить её за соски. Наконец почувствовав наступающий оргазм, Грейнджер вгоняла в себя очки всё быстрее и быстрее, сожалея о том, что они были такими небольшими.
— А-а-а...
Она застонала и, оставив очки во влагалище, дрожащими пальцами принялась ласкать клитор. С губ Грейнджер слетел короткий выдох, она выгнулась, а затем обмякла и тяжело задышала. Через мгновение Скитер тоже кончила и упала на неё.
Они лежали несколько секунд. Скитер так и не поняла, кто кого поимел, и поэтому решила сорвать куш.
— Мило.
Она вынула очки из влагалища Грейнджер и бросила ей на живот.
— Одну минуточку.
Гермиона, казалось, даже не услышала её слов. Она тяжело дышала, пытаясь прийти в себя и осмыслить произошедшее: она переспала со Скитер. И ей понравилось. Со Скитер. Пора занимать палату в Мунго.
Неожиданный щелчок вывел её из раздумий.
— Отличные получатся фотографии.
Скитер сделала ещё пару снимков недоумевающей Гермионы и спрятала фотоаппарат в тумбочку.
— Мы же догов...
— А теперь пошла вон.
Скитер поднялась с постели и, вынув из платяного шкафа шёлковый халат, накинула его на себя.
— Эти фотографии будут у меня ровно до тех пор, пока ты будешь молчать о том, что я анимаг. Компромат за компромат.
Рита ослепительно улыбнулась, снова обнажив золотые зубы, и Гермиона, вскочив с кровати, взяла груду своих вещей и пулей вылетела из комнаты.
В коридоре раздались неприятные звуки рвоты.
— И убери за собой!
