— Разумеется, но будем считать танец не оконченным, кроха, — произносит то ли с усмешкой, то ли с угрозой.
Озёрский перехватывает меня на ходу и опускает ладони на мою талию. Неуклюже кладу руки на его плечи и усердно отвожу глаза.
— Спасибо. Филипп Всеволодович весьма … настойчив, — с трудом нашла я подходящее слово.
— Ты такая забавная, Рыжик, — усмехается Озёрский и продолжает бархатным голосом, — вся краснеешь и смущаешься. И как тебе удается так искусно скрывать свою шлюшью натуру?
От шока замираю, буквально прирастаю к полу ногами. Смотрю в его глаза и вижу в них столько брезгливости. Значит не послышалось. Он и вправду это сказал. Дышать удается через раз и я старательно уговариваю себя не рыдать. Только не при нем.
— Вы забываетесь, Кирилл Александрович. Надо уметь проигрывать, — цежу сквозь зубы, наконец до меня доходит, что надо убрать руки с его плеч и скинуть его ладони с талии. Но он не позволяет, прижимается еще теснее.
— Да, ладно тебе, Рыжик. Я же не осуждаю. Даже восхищаюсь. Не успела в номер заселиться, а уже мужика какого-то притащила. Шустрая ты, — улыбается будто бы искренне.
— Вы о чем? — недоумеваю я.
— Давай без театральщины, — морщится он. — Я оставил в номере бутылку коллекционного коньяка, хотел забрать, но постеснялся постучать. Да и вряд ли бы вы услышали, ты была очень громкой.
Секундное замешательство и до меня доходит. Семины. Я же им номер отдала, а он не знает. Но оправдываться и все объяснять нет желания, даже ради того, чтобы увидеть тень вины на его лице. Хочется просто, чтобы он исчез из моей жизни.
— В понедельник мое заявление на увольнение будет на столе. А теперь отпусти, иначе я такой скандал закачу, да еще и рожу тебе расцарапаю. Ты меня знаешь, я с приветом, еще и не на такое способна, — говорю тихо, но решительно.
Озёрский не сразу, но отпускает. Пристально изучает мое лицо, словно оценивает насколько реальна моя угроза.
Направляюсь к своему столу, улыбаясь коллегам забираю сумочку и вру, что иду в дамскую комнату. А сама на ходу вызываю такси. Скорее всего оно обойдется мне в кругленькую сумму, но мне плевать. Домой хочется, к мамочке. Как только отработаю положенные две недели сразу полечу к родителям, а пока спрячусь в своей квартирке и там поплачу вдоволь.
Кирилл
Настроение с утра паршивее некуда. После корпоратива мы с Глебом решили прикончить початую бутылку коньяка. Желание утопить свой гнев в алкоголе аукнулось дикой головной болью.
После фееричного проигрыша в гребанный бирпонг планировал угостить друга своими запасами и похвастать баснословной стоимостью благородного напитка. Надеясь тем самым хоть как-то потешить свое эго и уязвленную гордость. Но я идиот забыл охренительно дорогую бутылку коньяка в баре своего номера, когда перетаскивал вещи к Филиппу.
Вернулся за ней и только хотел постучать, но громкие женские стоны выбили почву из-под ног. Прислушивался снова и снова, ошибки быть не могло. Звуки несомненно шли из моего номера. И табличка «не беспокоить» говорила сама за себя.
Я ведь этой рыжей сучке специально проиграл.
А она тут же на мужика какого-то запрыгнула.
С другой стороны даже рад, что так вышло, теперь у меня нет сомнений, в том что Рыжая из себя представляет. Да и хрен бы с ней, только противное зудящее чувство внутри не дает покоя. Надеюсь это ранее неизведанные симптомы похмелья, а не душевные терзания.
— Доброе утро, Кирилл Александрович, — веселый голос главбуха и еще нескольких сотрудниц прозвучали над головой. — Не против, если мы с вами сядем?
Хочется послать их куда подальше, к тому же вокруг куча свободных столов. После вчерашнего корпоратива на завтрак вышли немногие, но уважение к Таисии Андреевне пересилило чувство раздражения.
— Пожалуйста, — кивнул я без особого энтузиазма.
Женский батальон из бухгалтерии выглядел на удивление бодрым и отдохнувшим, в отличие от меня.
— Такой прекрасный вчера был день, а вечер так вообще превзошел все ожидания. Спасибо, вам Кирилл Александрович. Уж мы то знаем, какую сумму компания выделила на этот корпоратив. Приятно, когда руководство не экономит на таких значимых событиях и в частности на сотрудниках, — с искренним восторгом воркует Таисия Андреевна.
— Рад, что вы довольны, — с трудом произнес я.
— Да уж. Смотрю не все пережили празднование без последствий. Но так даже лучше, меньше будет очередь на квадроциклах.
— Таисия Андреевна, вы что собираетесь на этих жутких штуках кататься? — с суеверным ужасом произносит девушка, лицо знакомое, точно знаю, что она из бухгалтерии, но имени не припомню.
— А что? Если я два года, как бабушка еще не значит, что меня пора на лавочку с семечками отправлять. Я всегда любила быструю езду. У моего мужа до сих пор есть мотоцикл с люлькой, катаемся иногда по дачному поселку в хорошую погоду.
— Вот это вы смелая, — качает головой девушка.
— А я бы с удовольствием еще поспала, — ворчит другая.
— Что так? Небось гуляли, молодежь, до утра? — хмыкает главбух.
— Какой там. Меня же с Ириной Львовной поселили. Храпит бесперебойно. Бульдозер и то тише работает.