Через двадцать минут, я заняла своё место на нашем обычном месте, с видом на восточную сторону кампуса Нью-Йоркского университета, и заказала большой латте, куриный панини, и отдельно картофель фри. В это время дня, кафе было почти пустым, наверное, потому что обеденный перерыв уже закончился, и все вернулись по классам. Несколько минут спустя пришел Шон. У меня было несколько секунд, чтобы рассмотреть его, прежде чем он заметил меня и подошел. Он был на несколько дюймов ниже, чем Таинственный парень, с темно-русыми локонами, которые струились завитками за его уши, и карими глазами, за которые можно было умереть. Если его голубая рубашка и черные брюки не свидетельствовали о том, что он аспирант и помощник преподавателя, то его обрамленные очки указывали именно на это. Он был немного похож на ботаника, что было недалеко от истины. Выходец из семьи ученых, Шона вынудили следовать ученой карьере, но его мечтой всегда было стать профессиональным гонщиком. Он был физически сильным, талантливым и опытным, но что отсутствовало, так это воля, чтобы пойти против своей семьи.
— Привет. — Я поднялась на цыпочках, чтобы поцеловать его в губы. Он улыбнулся и мимолетно коснулся моих губ. Ощущение, что что-то не так усилилось. — Хочешь что-нибудь? — спросила я. Мой голод исчез, и я показала на свой еще теплый панини. Чтобы он сейчас не сказал, я поняла, что мне это не понравится.
— Я только что поел, — ответил Шон и сел напротив меня. Я заметила, какое расстояние он оставил между нами. Он сложил руки на стол и поднял взгляд. Выражение лица оставалось абсолютно серьёзным, когда он рассматривал меня. Его, как правило, теплые карие глаза не излучали ту любовь, которую я обычно видела в них. Боже мой. Я никогда не видела его таким холодным и сосредоточенным. Это могло означать только одно. У меня не было большого опыта в отношениях, но я могла видеть очевидное. Мое сердце сжалось в груди.
— Ты хотел поговорить, — я хотела скорее покончить с этим.
— Да.
Он провел рукой по волосам, тянув тем самым время.
— Просто скажи это.
Несмотря на суматоху, происходящую внутри, мой голос, на удивление, казался спокойным и невозмутимым.
— Хорошо. — На секунду, его глаза опустились на мои губы, как будто он собирался поцеловать меня. А потом, его взгляд переместился вниз, на его сложенные руки. Он даже не мог смотреть мне в глаза. — Я не могу больше делать это.
— Делать что? Ходить на работу? Быть аспирантом? Жить в Нью-Йорке? Будь более конкретными, Шон.
В горле все больше начал образовываться ком. Я с трудом сглотнула, чтобы избавиться от него.
— Нас. — Его глаза остановились на мне, и в этот момент я получила свой ответ. Последние крупицы тепла исчезли из их выражения. Может быть, он боялся, что я могла устроить сцену, кричать, задавать вопросы, просить его остаться со мной. — Нас больше не может быть.
Он порвал со мной. Называйте это интуицией, но я знала, что так будет после разговора по телефону. Я просто не хотела сразу это признавать. Как ни странно, в реальности мне не так больно, как я думала. Я не хотела спрашивать, и все же я должна знать.
— У тебя есть кто-то?
— Нет.
Мой взгляд искал подсказки, что он врет, но не нашел. Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.
— Тогда что? — спросила я.
Он вздохнул и слегка покачал головой. Страсть, которую я привыкла видеть в его глазах, вернулась, но в этот раз, она уже не касалась меня.
— Ты когда-нибудь чувствовала, что в жизни есть больше, чем то, что у тебя есть и что ты делаешь? Я имею в виду, я просыпаюсь, иду на работу, возвращаюсь домой, делаю то же самое снова и снова. Я не хочу тратить свою жизнь на это дерьмо. Мне нужно больше.
Я кивнула, хотя его бормотание совсем не имело смысла. Парню было двадцать пять. Как у него мог быть кризис среднего возраста? На глаза начали набегать непрошенные слезы. Я смахнула слезу и спросила:
— Значит, ты собираешься заняться гонками? — спросила я.
— Недавно я получил спонсорское предложение от французского автопроизводителя, — ответил Шон, не подозревая о том, что его слова делали со мной. — Я лечу, чтобы подписать договор. Всё решено. Я не могу отступить.
— Я и не просила тебя, — тихо сказала я.
Он взял мою ладонь в свои руки и посмотрел мне прямо в глаза.
— Ты знаешь, что ты удивительная, и при других обстоятельствах, я бы никогда не отпустил тебя. Но это то, что я должен сделать. Я не могу заниматься карьерой и этими отношениями одновременно. Ты заслуживаешь лучшего, чем это.
— Это твое призвание, я понимаю.
Ты всё еще мог следовать своему призванию, оставаясь при этом в отношениях с тем, которому ты когда-то говорил, что любишь. Я чувствовала, будто срываюсь на крик. И всё же, я оставалась спокойной, не обращая внимания на резкую боль в груди. Так как Шон всё равно порвал со мной, теперь настало время, чтобы рассказать ему о своей измене, но по какой-то причине я молчала. Может, с моей стороны было эгоистично хотеть расстаться с хорошим итогом, даже если все это было притворством.
Он мягко сжал мою руку.
- Я хочу, чтобы мы остались друзьями.