Джейк Кларксон был высоким мужчиной 40 лет со светлыми волосами, массивной челюстью и жесткими серо-голубыми глазами. П риталенный костюм идеально сидел на нем, когда он протянул свою ухоженную руку, чтобы приветствовать меня.
— Мисс Стюарт. Рад встретиться с вами.
— Брук, — предложила я, уверенно улыбнувшись ему, и указывая на место напротив.
— Пожалуйста, присаживайтесь.
— Спасибо. Прошу, зовите меня Джейком, — он сел на мягкое кресло и расстегнул верхнюю пуговицу своего пиджака, как будто хотел привнести неформальности нашей встрече, но в рамках приличного. Я наблюдала, как он вынул два листа из своего кожаного портфеля и расположил их около себя, положив дорогую ручку сверху.
— Хорошо, — сказал он, начав разговор.
В воздухе витало плохое предчувствие, которое я связывала с фактом, что юристы всегда чертовски пугали меня. Я знала, что мой страх был необоснованным, и, тем не менее, я не могла унять легкую дрожь в руках.
Появился официант, и мы сделали заказ: большой латте для меня, эспрессо для Джейка. Несколько минут мы сидели в тишине, ожидая заказ. Я смотрела, как он делает глоток кофе, не заметив, что сама обожгла язык. Я не очень разбиралась в людях, но этого достаточно было, чтобы понять, что Джейк Кларксон был крутым парнем, и не только по тому, что он пил обжигающе горячий кофе.
— Моя компания пытается встретиться с вами в течение двух недель, Брук, — в уголках глаз появились морщинки, но я не разделяла его веселья.
— Я ездила по делам. В Европу.
— Ах, — он понимающе кивнул, как будто он точно знал, о чем я говорила.
— У вас было запоминающееся путешествие?
— Да, спасибо, — мои щеки вспыхнули от внезапных воспоминаний о тех ленивых днях в объятиях Джетта. — Вы сказали, вы прилетели из Лондона?
Он кивнул.
— Вчера утром. Ваша соседка по квартире сказала, когда вы возвращаетесь, и я решил, что это лучший способ, чтобы поделиться с вами новостями, его серо-голубой взгляд оживился, когда он вынул лист бумаги. Мое любопытство изводило меня, я уткнулась в края чашки.
— Я выиграла в какой-то лотерее? Потому что, если это так, то это ошибка. Я не участвую в лотереях, — я засмеялась, чтобы скрыть нервозность в моем голосе.
— Нет, Брук — он толкнул лист бумаги в мою сторону, чтобы я смогла прочитать, что там было написано. — Это завещание.
— Что? — нахмурилась я, беря бумагу. Мои глаза округлились, когда я прочитала заглавие, и внезапно перед глазами стало мутнеть, а я чуть не упала в обморок. Этого не может быть! Но бумага у меня в руках твердила обратное: «Последняя воля и завещание Александра Лукаццоне».
Глава 28
Последняя воля и завещание Александра Лукаццоне
Я, Александр Лукаццоне, из Беладжио, находясь в здравом уме, настоящим объявляю свою последнюю волю и завещание, отзываю все завещания и дополнения, ранее, сделанные мной. Этот договор может быть расторгнут мной по моему собственному усмотрению.
Статья 1
Выявление семей
Я заявляю, что был женат на Марии Агруса, именуемой в дальнейшем, как супруга. У нас не было детей, живых или умерших. Все имущество усадьбы («остатки») после уплаты всех налогов или иных расходов, связанных с моей усадьбой, как приводится ниже, включая имущество, в отношении которого действует договоренность, настоящим распространяется на БРУК МЕРИ СТЮАРТ.
Я резко вдохнула, когда увидела свое имя. У меня закружилась голова. Я была в полнейшем шоке, а ясно думать не получалось. Мозг просто отказывался хоть что-то понимать.
— Вы понимаете это, Брук? — спросил Джейк, заставляя меня посмотреть на него.
— Да, это последняя воля мистера Лукаццоне. Но… почему вы показываете это мне? Я никогда не знала его лично, — мой голос охрип, когда я пыталась понять значение ксерокопии оригинала завещания, написанной юридическим английским языком. То, что я знала о жизни Лукаццоне, это то, что успела прочитать в папке Джетта. Но ситуация была слишком запутанной, чтобы ее понять. Я намеревалась справиться с делом, а не встречаться с юристом и говорить о ближайших родственниках. Если бы появилось доказательство жизни пришельцев на другой планете, я была бы меньше шокирована.
Я покачала головой. Последняя воля, мое имя и Александр — три вещи и все на одном листе? Это невозможно. С ума сойти.
— Вы, должно быть, в шоке, но… — Джейк указал кончиком ручки как раз там, где Александр написал мое имя. — Вы наследница.
— Этого не может быть, — я покачала головой в знак отрицания. — Здесь какая-то ошибка.
Последняя воля объявляла родственников Марии Лукаццоне бенефициариями, несмотря на то, что согласно папке Джетта, таковых не было.
