Молчали музыканты. Взгляды сотни гостей были устремлены на пару. Они были поражены, шокированы! Никто не верил в происходящее. Сердце Лилайлы ушло в пятки. Она взглянула на приближающихся сестер, потом на Исхиэля, который тоже был готов провалиться сквозь пол. Ей показалось, что в его глазах блеснула злость. Словно ошпаренная она отшатнулась от него.
Лилайла чувствовала как опора уходит у нее из под ног. Щеки горели, а руки словно онемели.
— Лилайла, — позвала ее Элианна, лицо которой выражало не только возмущение, но и стыд за сестру. Она точно намеревалась преподать несносной сестре урок и расспросить о своей “холодности” и прочих недостатках.
Юная принцесса кинулась прочь в толпу, избегая цепких сестринских рук. Она выбежала из зала, снова затерялась среди гостей. Слезы затуманили взор, она бежала долго, петляя пустыми коридорами, длинными лестницами, пока наконец не очутилась на крыльце.
Стыд раздирал ее изнутри. “Так опозориться на первом же балу! Никто никогда более на меня не посмотрит! Все буду думать об этом, все будут знать! За что такое наказание? Как же я глупая! ГЛУПАЯ!”. Ей было стыдно перед сестрами, отцом и братьями, которые об этом, конечно же узнают, перед всем темным миром, ведь все станут об этом говорить!
“Дочь Владыки опустилась до того, чтобы упрекать принца Исхиэля в браке с ее сестрой”, “Наивная девочка”, “Такая глупышка” — нафантазированные упреки довели Лилайлу до отчаяния. Она упала на пол перед смущенными гостями, покидающими замок, и расплакалась.
Маленькая девочка в платье сидела за запертыми дверями своей комнаты, которые ранее принадлежали Королеве. Ранним утром ее все разыскивали, но она скрывалась, перелетая из комнаты в комнату. Все? Ну, впрочем, слуги и сестры — это не все.
Отца и братьев не было, последние полгода Лилайла была невыносима. Свое четырнадцатилетие юная принцесса отказалась отмечать, она не хотела празднеств и поздравлений. Она отказывала сестрам, братьям и посмела отказать отцу. Между ними залегла пропасть. Это было ее первое неповиновение.
Детская рука гладила портрет матери, с отчаянием глядела на портрет отца. Вспоминать их ссору принцессе не хотелось. Слезы тонким ручейком лились по белоснежным щекам.
— Что мне делать, мам? — шмыгая носом, шептала Лилайла, чтобы никто не услышал. — Ведь если бы они устроили праздник, то приехал бы он… А я не могу его видеть. И Элианну тоже.
Портрет матери освещали бледные лучи, на устах Королевы лежала ласковая улыбка, словно запечатленная для успокоения дитя. В коридоре послышался шум, разговоры и шаги.
— Прости, мамочка. Я вынуждена тебя оставить.
Лилайла коротко поцеловала маму в лоб и бросила прощальный взгляд на отца.
Уже давно она нашла себе укромное место, где никто и не думал ее искать. За пределами замка, как раз у огромной крепостной стены, расщелины которой давно заросли многовековым мхом, открывался вид на лес. Первый ряд деревьев подступал к стенам довольно близко — пару шагов и ты уже в объятиях необъятного.
Лилайла в праздничном платье сидела на камне, подперев рукой лицо. Пышная юбка утопала в высокой траве, позолоченный корсет был затянут, а глаза грустны и задумчивы.
— Здравствуйте.
Девочка вскочила с камня. Из леса вышел старик. Задумчивое выражение нежного лица вмиг сменилось напряженным. Черные глаза опасливо блеснули, но старик только улыбнулся. Его руки были заложены за спину, лучистые серые глаза разглядывали девочку внимательно и неторопливо.
— Кто вы и что вам надо?! Известно ли вам с кем вы разговариваете?
Лилайла занесла руки на случай атаки. Тогда старик остановился в тени высокого дерева.
— Разумеется мне известно кто вы, но это побуждает задать вопрос: что вы тут делаете? Свое совершеннолетие принцессы отмечают на пышных балах в роскошных замках, наподобие того, что высится позади вас. Разве не так?
Ни доброжелательность голоса, ни светлое мудрое лицо незнакомца не успокоили Лилайлу. В уме одна за одной проносились мысли: “Он знает кто я, но я не знаю кто он. Он посмел подкрасться ко мне и говорить со мной. Этот человек очень опасен”.
— Это не ваше дело, — строго отрезала принцесса. — Если хотите сохранить голову на плечах, идите прочь!
Старик развел руками и извиняюще улыбнулся.
— Простите Ваше Высочество, я так и планировал сделать. Я здесь не для того, чтобы пугать вас, лишь хочу выполнить просьбу давнего друга, — произнес он и достал конверт. — Меня просили передать это вам. Я оставлю это на траве, если вы не против.
Он опустился и положил конверт у ног, потом попрощался и собирался исчезнуть также внезапно, как и появился. Но принцесса, смущенная и растерянная, велела ему остановиться.
— Скажите кто вы такой и кто передал вам это конверт?
— О, я всего-навсего Учитель. Мое имя Язки-мри, я собираю одаренных и отверженных детей со всех уголков темных земель, чтобы показать им мир, настоящую магию. Возможно, вы обо мне слышали. Хотя нет, наверное, нет. Не хотите ли с нами?
