Погрузила тряпку в воду, жестом показала, чтобы сменили на новую. Осторожно опустила ее, не выжатую, на грязный участок с глубоким порезом. Надеюсь, я своими действиями не делала хуже.
— Вивиан, — сел возле меня Ройс, — позволь мне заняться им. Ты не должна этого видеть.
— Нет! Или помогай, или не мешай, Лиар!
Сзади послышался шум. Лепет Лоры. В гостиную ворвался мужчина с заостренными усиками и пузатым саквояжем. Вклинился между слуг, поставил поклажу на столик, едва не опрокинув тазик с водой, и недовольно щелкнул языком.
— Мисс Грэйчерс, меня зовут Хирэми, я был семейным лекарем вашей покойной бабушки. Позвольте…
— Да-да, конечно, — поднялась я и отошла в сторону.
Лиар моментально оказался рядом, заключил меня в объятьях, однако я высвободилась, не позволила себе даже толику слабости, потому что держалась на честном слове. Стоило расслабиться, и меня понесет, я развалюсь.
— Снова эти драки, — негромко выдал Ройс, едва в комнате остались считанные люди и обеспечили лекарю необходимую тишину.
— Раньше такое бывало?
— По молодости Дрэйк часто посещал бойцовские ямы и подобные им отстойники. До сих пор не понимаю, зачем.
— Полагаю, из-за отца, — прошептала я, неотрывно следя за действиями Хирэми. — Наверное, боялся стать таким же, потому выплескивал гнев подобным образом. Или же нашел в драках какое-то высвобождение.
— Ты снова его защищаешь?
Я посмотрела на Лиара, не понимая, что именно сказала не так. Попал человек в беду, почему я должна говорить о нем плохо?
— И не осознаешь… — заключил для себя Ройс, глядя мне в глаза.
Я не стала его больше слушать, отвернулась. Теперь с замиранием следила, как лекарь убирал наложенные мной лоскуты ткани, казалось, чувствовала чужую боль, хотела попросить быть осторожнее, но лишь кусала от волнения губы. Как-то держалась. Наблюдала, ждала вердикта. А когда Хирэми закончил и пообещал навестит пациента утром, я обреченно села в ближайшее кресло и поняла, что не смогу больше встать.
— Пойдем, отведу тебя в постель.
— Я останусь здесь.
— Вивиан, не нужно себя изводить. Ты слышала, все будет хорошо. Угрозы для жизни нет, он скоро поправится.
— Я останусь здесь! — посмотрела мужчине в глаза, и он отстранился, выпрямился.
По его лицу было видно недовольство. Во взгляде так и читалось, что я поступала глупо, ведь столько слез выплакала из-за Дрэйка, на плече самого Лиара выплакала. Но разве это имело сейчас значение? Я физически ощущала, что не смогу отойти от брюнета!
— Иди, — негромко произнесла и даже примирительно сжала его ладонь. — Я покараулю немного, а потом посажу вместо себя кого-нибудь другого.
— Мне побыть с тобой? — наклонился он, чтобы за плечи приобнять.
— Не надо. Я посижу совсем чуть-чуть. Иди, у тебя запланировано много дел на утро, помнишь? Ты хотел как можно скорее сыграть свадьбу.
Лиар вздохнул, коснулся губами моего виска. Показалось даже, что улыбнулся. Правда, не стал задерживаться, оставил меня с горьким пониманием, что не уйду от Дрэйка этой ночью, не смогу.
Скрипнула дверь, в щель протиснулась голова незнакомого служки. Он спросил, в состоянии ли он чем-то помочь.
Сначала я хотела заверить, что теперь все в порядке, и поблагодарить его за своевременную реакцию на исчезновение господина, а потом решила, что на диване брюнету будет неудобно спать. В общем, организовала его переселение на второй этаж. Затребовала теплого чая для себя и сменных лоскутов ткани вместе с чистой водой для мужчины.
Вскоре с чувством, что теперь все на самом деле будет хорошо, опустилась в придвинутое к кровати кресло и вытянула ноги. Меня накрыло той самой волной, которую я упорно сдерживала. Ужас, растерянность, паника. Тело попросту колотило. Пришлось прикрыть глаза, чтобы унять взбунтовавшиеся эмоции, но я справилась с ними совсем нескоро.
Сидела, ворочала за ручку чашку, полную остывшим чаем. Неотрывно смотрела на Дрэйка.
Теперь не думала ни о чем. Волнение не отступало, хотя лекарь однозначно сказал, что с его чудодейственными микстурами пациент быстро поправится. Но ведь сердце не умело слышать доводов разума. Оно неровно билось от переполняющих меня переживаний, от страха за этого мужчину, который подарил мне самую лучшую ночь и непередаваемые мгновения счастья. А все остальное пока не имело значения. О плохом мы подумаем завтра.
Не сразу осознала, что Дрэйк больше не спал и смотрел на меня в ответ. Вздрогнула, выпрямилась.
Уже приготовилась встать и уйти, потому как в нашей ситуации это было самым правильным решением. Очнулся, значит, я больше не нужна. Жив, цел. Однако мужчина похлопал ладонью по месту рядом с собой, приглашая.
Я определенно дура! Бездумно обошла кровать и забралась на вторую половину, легла на край. Побоялась придвинуться ближе.
Дрэйк пошевелил рукой, решил пробраться ею под мою голову, но поморщился и глухо застонал.
— Тебе лучше не шевелиться.
— Тогда давай сама, ведьмочка, — с явным усилием прохрипел он, приглашая занять место под его боком.
