Напоследок Георгий снова засел за бумаги начальника. Доносы, незначительные подношения, хозяйственные вопросы, письма родне в Ярославскую губернию, пословицы и поговорки… Все тот же «Ворон ворону глаз не выклюет, а и выклюет, да не вытащит», да еще и по нескольку раз на одном листе. Фу, о чем он только думал… Вернее, о ком.
А вскоре и сам Викентий Саввич пожаловали-с из душа-с. Чистыми, преисполненными сил и даже с шуточками, что за новым Двуреченским водилось не так часто, как за старым.
– Ну что, поймал дезертира? Стоило тебя одного с ним оставлять?
– Не поймал. Пока. Вдвоем управились бы быстрее… – пробурчал Жора.
– Ну, извиняй… Я вообще на такую работу не подписывался!
Ратманов кивнул и замолчал. Других планов на вечер, кроме как вывести на чистую воду Двуреченского, у него не было.
Зато были у чиновника для поручений. Тот быстро сообразил на двоих, достав откуда-то штоф с водочкой и пару бутылей с другими напитками, а также поднос с икорочкой и иной щедрой закуской начала XX века.
– Давай-ка пригуби, а потом еще расскажешь о будущем.
– Давай. О твоем, что ли?
– И о моем. И об общем. А то я все меньше верю в твои россказни о попаданцах и путешествиях во времени. Убеди меня!
– А что, еще не убедил?
– Да как-то слишком складно все у тебя. – Двуреченский поморщился от проглоченной целиком дольки лимона. – А с другой стороны, деталей не хватает, чтобы составить какое-то внятное впечатление. Царя убьют со всей семьей, даже дочек и подростка-сына не пожалеют… Красный террор, гражданская война, всех буржуев к стенке или в эмиграцию… Жуть какая, прямо не верится!
– Увы, все так и будет, – серьезно подтвердил вольнонаемный агент второго разряда. – Ты о себе подумай. «Птенцы гнезда Керенского» в семнадцатом году выйдут из тюрем по амнистии и станут искать сыщиков, чтобы отомстить…
Мужчины выпили. После чего Двуреченский без паузы налил еще.
– Завтра на службу, – напомнил Ратманов.
– И тебе, – парировал начальник.
– Это да… Кстати, давно хотел спросить…
– Ну так спрашивай!
– Что нынче с Хряком и его бандой?
– Все в ажуре. Другими словами – все упакованы и распределены по нужным учреждениям.
– Вот прямо все?
– Все, кроме Лодыги, которого мы с тобой отпустили.
– Этот – да… А банда Казака?
– Казак пока в бегах. Но ненадолго. Этого уж предоставь нам.
– А Дулю хоть поймали?
– Да как сказать… Скорее, он двух наших поймал и сразу же оприходовал. Не до смерти, но сейчас в госпитале. А Дуля где-то шарится вместе со своим атаманом. Но опять же ненадолго. Дуля – личность более чем приметная, выдающаяся хотя бы даже ростом.
– Это точно. Только вы в следующий раз на него не двоих ваших посылайте, а хотя бы четверых, ну или восьмерых, а еще лучше – дюжину. Иначе прежний эффект будет…
– А что значит «вы», «ваших»? Уже давно «мы», вспомни, где ты теперь служишь! И пусть это будет твое первое оперативное задание – разыскать всех «своих» и доставить куда следует…
– Ух…
– Ах!
– Не с того мы начали…
– А с чего? Ах да, ты обещал рассказать мне еще про будущее!
– Тогда будем! Мужики выпили еще.
– Ну так слушай…
…К трем ночи подельники остановились где-то на Перестройке. Горбачев Двуреченскому поначалу даже понравился – гласность, консенсус, все дела. Но развал Союза, как и развал Российской империи, тот никому простить уже был не готов.
– Не, не нужен нам такой Горбачев, – заключил чиновник для поручений. – Хотя престарелые Андропов с Черненко тоже не нужны. Как и застойный Брежнев.
– А кто ж тогда нужен?
– Ну кто-то молодой, энергичный, со свежими идеями!
– Молодой, энергичный… Кто, например?
– Керенский, к примеру. Сейчас его имя во всех газетах.
– Премьер-министр?
– Какой премьер-министр? – не понял Двуреченский. – Адвокат… Ему до премьер-министра, как мне до…
– Ах да, я ж тебе не рассказал… Потом еще расскажу про Керенского… Что-то выпал он у меня из истории…
– Про Керенского?
– Ну да. Но я тебя перебил.
– Да не перебил, давай дальше.
– Не могу уже, глаза закрываются, и башка не варит!
– Тогда завтра продолжим.
– Ага. Утро вечера мудренее.
– Это ты верно подметил.
– Народная мудрость на все времена!
На этом пьяные подельники и разошлись…
Чтобы уже в восемь утра пить чай на замечательном балкончике особняка Викентия Саввича с видом на Чистые пруды и застенчивые ивы. Несмотря на легкий морозец на улице, это было бесподобно. И даже похмелье после попойки как рукой сняло.
– Как будешь искать бандитов? – поинтересовался Двуреченский.
– Как, как… Пользуясь навыками опера из будущего да наблюдениями из прошлого, то есть настоящего…
– Хорошо. Тогда – на службу?
– Труба зовет!
Подельники привычно загрузились в машину.
– А жилье когда начнешь искать? Филя, мой дворник, уже косо на тебя смотрит.
– Ох, Филя, Филя… А может, мне у тебя понравилось жить…
– Ты, конечно, дерзкий, но за берега советую не заплывать, – предупредил чиновник.
– Да ладно, шучу я. Устроюсь в управление официально, так сразу и начну искать!
– Договорились.
