Кто-то когда-то сказал, что все счастливые счастливы одинаково, все несчастные — по-разному… Это странно, хотя и имеет свою логику.
Что для одного тяжело, для другого пустяк. Что для одного непереносимый ужас, для другого даже не страх.
У каждого своя жизнь. У каждого свои сложности. Только вот все мы люди. И похожи гораздо сильнее, чем отличаемся. Когда нам больно, на самом деле, боль наша одинакова. Не по силе, не по продолжительности.
Боль есть боль. Человек есть человек.
Всё не так уж сложно…
— Ломка?.. — Тор смотрит только вперёд, но вдруг чувствует, как его колена медленно касается чужое.
Он замирает, не знает, может ли повернуться и посмотреть.
— Так больно… Везде… — Локи шепчет сипло, закашливается. А затем затягивается. Шепчет: — Я думал с ума сойду, пока до ближайшего магазина доберусь… Чуть не вырубился пару раз по дороге и… Я так испугался…
Мальчишка качает головой, сглатывает нервно, неуверенно. Он боится, до дрожи в пальцах боится, что сейчас Тор скажет что-то типа: «так тебе и надо», или «нечего было себя доводить», или «сам заслужил».
Локи смог выдержать ломку, но слова такие выдержит вряд ли. Просто развалится тут же, на месте.
Тор молчит немного, а затем говорит:
— Я знаю… Это пройдёт, ты справишься, — кивнув, он вздыхает.
У Локи плечи вздрагивают так жалобно. Парень мягко касается его колена своим в ответ.
У них всё получится. Всё будет хорошо.
Потому что боль есть боль. Человек есть человек. А они оба стараются не ради себя, а ради друг друга.
И они сидят бок о бок несколько минут. Локи докуривает, выбрасывает окурок под ступеньки, а затем снимает кофту. Тор видит царапины, видит никотиновые пластыри поверх.
Тихо присвистывает.
— В больницу поедешь?.. — спрашивает, но не настаивает.
Локи большой мальчик. Он смог справиться с тем, что произошло ночью, значит, и дальше знает, что делать тоже.
Если будет нуждаться в нём, придёт сам. Уже пришёл.
— Не знаю… Они меня опять там закроют на неделю, если не две. Оглянуться не успею, как твоя мать меня в наркологический центр отправит, — мальчишка качает головой, смотрит на чужую пустую кружку из-под кофе и вздыхает.
— Я могу с тобой… Ну, в больнице быть, если хочешь… — Тор смотрит на него мягко и спокойно.
Локи видит его чуть покрасневшие глаза и взгляд, будто потухший, но всё ещё не теряющий надежды.
Он не успевает заметить, как уголки губ вздрагивают и чуть приподнимаются вверх. На душе становится чуть легче, и все ужасы этой ночи немного блекнут. Не только благодаря восходящему солнцу, но благодаря Тору.
Благодаря тому, что он рядом.
— Да нет, я не буду ложиться. Может, только поеду, отмечусь, мол ломку пережил, всё ещё функционирую… — он качает головой, чуть откашливается.
Заметив его лёгкую улыбку, парень чувствует, будто у него вырастают крылья. Он на миг неуверенно жмурится, а затем всё же говорит:
— Ну, я… Я мог бы тебя отвезти… Если ты, конечно, хочешь и… — он потирает затылок, неловко поднимает глаза на мальчишку.
Тот закатывает свои, качает головой.
— У тебя тренировка.
— После тренировки могу…
— Я поеду с Вандой.
— Н-но, я могу…
— Тор.
Парень замолкает. Откидывается назад на ступеньки и, прикрыв глаза, запрокидывает голову.
Локи поднимается и уходит в дом.
Он сам пытается убедить себя, что поражение в битве — не проигрыш в войне. Просто одна из бесчисленного количества попыток. Очередная из бесчисленного.
И он попробует снова.
И снова.
И снова.
Ванда говорила, что если сдаться один раз, уже не получится вернуться. Ванда говорила просто быть рядом и ждать.
« —…если ты хочешь пробиться к нему в сердце, тебе придётся работать также, как и он над собой. На износ, — они сидят на их кухне уже почти час, Локи отсыпается после кошмарной ночи где-то наверху.
Ванда заводит прядь волос за ухо и подвигает ближе свою чашку с кофе.
— Я… Я думаю, что понимаю, но… — Тор вздыхает. Не может не прислушиваться к тишине, что на втором этаже, а затем неуверенно смотрит на Ванду. Не может определиться: спрашивать ли то, что вертится на языке. Всё же решается: — Оно того стоит?..
Она улыбается. Моргает, а затем тихо смеётся.
— Ты сомневаешься, но я знаю, что ты уже готов идти и бороться за него… Ты сомневаешься, потому что не знаешь, кого увидишь, когда он тебе откроется, да?.. — она хмыкает какой-то своей мысли, отпивает кофе. — На самом деле он не сильно отличается от того, что ты видел. Каждая его маска чуть ли не на половину — его лицо, настолько он многогранный, но… На самом деле Локи много сдержаннее и сосредоточеннее. В нём есть искра безумия, есть лёгкий эгоизм, сарказм и азарт. Но в нём есть и нежность, в нём есть забота, в нём есть… Любовь, я думаю. Её много, потому что тратить её было совсем не на кого, так что… Если справишься, на тебя хватит, — она ехидно улыбается и добавляет: — Может, и на меня что останется…»
Он мягко дёргает уголком губ, глубоко вздыхает. Уже думает над тем, чтобы вернуться в дом, может сделать завтрак, чтобы помочь матери, и… Хотя в любом случае ещё рано. Солнце только-только встаёт.
