— Почти. Только я должен был приехать за тобой в июне в этом году, чтобы отвезти на машине к себе в клинику. Ехать долго, мы бы подружились. Наверное, подружились бы. А практику тебе подписали бы и так, пока ты лечилась бы. Мама твоя так рада была, а потом… — Тимоша притянул меня к себе, обнял крепко, мне сразу полегчало.
— Потом маму убили, и все пошло наперекосяк. Мы бы точно подружились. Вот почему мне сегодня сон приснился, — я взяла руку любимого и приложила ее к своей пылающей щеке. Потом поцеловала ладонь его, такую большую и теплую.
— Расскажешь?
— Да. Мама наряжала меня в подвенечное платье, фату надевала… радовалась. А потом дала мне букетик и повела за собой, к тебе.
— Увела? За собой увела? — почему-то мой сон встревожил любимого.
— Вроде нет. Я только ногу через порог, и тут проснулась. Теперь понимаю, почему они с отцом пророчили мне скорое замужество. Они ведь сосватали меня уже в феврале! Я приехала на восьмое марта, на целых четыре дня… тогда маму видела живой в последний раз… знала бы что… — от воспоминаний слезы сами стали капать из моих глаз, Тим ласково стал стирать их пальцами с моих щек. Он шептал нежности, успокаивая. Плакать расхотелось.
— Вот так… не нужно грустить, послушай:
Не грусти, оглянувшись назад,
Ты расправь свои хрупкие плечи!
Для тебя эти звезды горят
И дорогу укажет путь млечный…
Для тебя утром солнце встает,
Розы видишь — в саду расцветают,
Соловей для тебя лишь поет,
И любовь в свои песни вплетает…
Не грусти, в прошлом все схорони,
Все печали и беды — все в Лету.
Лишь хорошее ты сохрани,
Только я помогу тебе в этом!
— Здорово! Спасибо, ты так помогаешь мне, без тебя я бы уже свихнулась, — я ласково погладила щеку любимого, провела по подбородку, уже немного колючему. — Знаешь, мы тогда в марте в баню пошли. Мама так любила дубовые венички, попариться. А мне нравится, когда еловые запариваешь… от них такой дух! Смолистый такой! И березовые тоже нравятся… во-о-т… попарились мы и в предбанник вышли, квас пили, потом папа тоже пришел. Мама мои волосы взялась расчесывать, и вдруг стала прикидывать, какую прическу мне сделать на свадьбу. Она вертела мои волосы и так, и эдак, прикалывала заколками. Я смеялась и говорила, что мне не пригодится свадебная прическа. А мама так строго посмотрела на меня и сказала: «А я знаю, что пригодится, и очень скоро! Вот прямо душой чувствую, что скоро ты получишь от судьбы подарок.» Представляешь?
Я смотрела в глаза любимому, и они смеялись, радуясь, что до меня дошло наконец. Не утерпев легонько ударила Тима по плечу, вот проказник, уже давно распланировал мою жизнь, родителей моих успел подговорить. Одна я не в курсе, что скоро выхожу замуж! И смеется еще!
— Ах так! Драться собралась? Ну я тебе сейчас задам! — весело сверкая глазами Тим сделал вид, что собирается укусить меня. Я взвизгнула и слетела с подоконника, едва не снесла по пути столик с фруктами. Тимоша потушил свечи и кинулся мне вдогонку. В предрассветных сумерках мы дрались подушками, кидались лепестками роз и розовыми воздушными шарами. Бело-розовое облако металось по комнате, будто в испуге шарахаясь от наших движений.
Тим сдался первым, запыхавшийся он упал на кровать и раскинул руки в стороны. Я тут же упала рядом.
— Сдаешься милый?! — промурлыкала я, глядя ему в глаза и проводя пальчиком по его обнаженной груди.
— Давно сдался! А ты попалась, белочка! — он тут же перевернулся и пригвоздил меня к кровати. У меня вырвался судорожный вздох, в животе стало жарко и трепетно. Руки сами потянулись к лицу любимого, но он стал отстраняться, а потом и вовсе отвернулся. Я стала легонько прикасаться губами его спины, сильных плеч.
— Вот! Уже отворачиваешься. Надоела уже?
— Нет, не надоела… только спать пора. Нам немного осталось времени для сна.
— Почему немного? Мы вроде никуда до вечера не собираемся. Или собираемся?
— Нет, я решил никуда не ходить сегодня, если только ты не хочешь куда-нибудь, — Тим повернул ко мне свое лицо, улегшись на живот. — Только знаю своих родственников, они с раннего утра начнут трезвонить, поздравлять меня. И я не могу отключить звук у мобильника. Иначе сразу начинают думать, что со мной случилось чего. Так что спим, пока еще возможно. — Тимоша погладил мое лицо, поправил волосы.
— Я не хочу спать!
— Тогда скажи, чего хочешь, я тебе принесу. Хочешь сбегаю за коктейлем в кафе. Тут рядом, за углом.
— Нет, не нужно. Я хочу… догадайся сам! — села в кровати и стащила с себя халат, любуясь самым красивым мужчиной в мире.
Глава 22
Настойчивый трезвон ворвался в сладкую пелену моего сна, подняла голову, старательно пытаясь разлепить веки. На тумбочке у кровати вопил и вибрировал мобильник Тима. Я дотянулась до него, перегнувшись через его спящего хозяина. Мама звонит!
— Тимоша! Ну Тимош! — стала я трепать парня.
— М-мм-м?
— Мама твоя, ответь ей… ну давай, проснись! — нажала на ответ и прижала мобильник к уху Тима. Тот даже глаза не открыл!
